Хребет Хамар-Дабан

Морозным февральским утром мы сошли с электрички Слюдянка — Улан-Удэ на станции Мурино. Нас пять, трое мужчин и две женщины. Команда хоть и небольшая, но схоженная. От деревни прошли до автомобильного тракта и сразу за ним надели лыжи. Ура, есть охотничий след! Очень кстати для начала пути, пока не привыкли к тяжёлым рюкзакам.

Но радость оказалась преждевременной. По закону подлости на спуске к р. Лангатуй Володя падает и повреждает ногу. Решаем, что лучше его вывести в «населёнку», пока мы недалеко от станции, а самим продолжить поход. Тяжело, конечно, таким составом проходить лыжный маршрут, да ещё по хамар-дабанским снегам. Но мы долго готовились, потратили много сил и времени, взяли отпуска и отгулы.

Решено, идём вчетвером! Местные охотники говорят «мять лыжницу», то есть прокладывать лыжню. Рюкзаки тяжёлые и приходится сбрасывать их, ходить «челноком». Пока тропишь лыжню, то отдыхаешь. Глубина её около 40 см, иногда больше. Двигаемся прямо по руслу реки. Тут снега хотя и больше, но нет бурелома, как на речных террасах. По фарватеру Лангатуя частые разводья, открытая вода, из которой то и дело выстреливает (стремительно вылетает) водяной воробей оляпка.

По берегам на пихтах и елях свисают длинные зелёные «бороды» лишайника уснинии – симбиоз водоросли и гриба, и лес от этого кажется дремучим. Проходим реку Нитяная и встаём на ночёвку. Результаты сегодняшнего труда весьма скромны. Решаем поменять тактику движения. На следующий день оставляем лагерь и уходим вверх по реке «мять лыжницу» налегке, без «кулей», с небольшой частью груза.

Хорошо помогает «волок» – большая пластиковая бутыль с вырезанным дном, после заполнения её грузом дно закладывается куском «пенки» и бутыль волочится на шнуре по лыжне за лыжником. Когда-то по р. Лангатуй шла караванная тропа в Кяхту и затем в Китай, но просуществовала она недолго из-за трудности пути. Фрагменты её сохранились до наших дней. Сразу за впадением притока Бильчир в Лангатуй (при движении вверх) у высокого горного уступа путь преграждает крупно-глыбо вой обвал. Как же тут идти?!

Старинная же тропа уверенно набирает высоту серпантином по правому борту отрога и, сравнявшись с ложем ручья, продолжает путь вдоль него. Этот путь до сих пор угадывается среди тайги «просветом» и старыми спилами поваленных лесин. Идти налегке – это не то, что с рюкзаком под 40 кг, особенно, когда нужно ещё и ориентироваться в условиях леса. Далеко проходим вверх по реке, оставляем заброску и по своей лыжне уже в сумерках, включив налобные фонарики, возвращаемся в лагерь.

Используя такую тактику движения, выходим к границе леса под пер. Лангатуйские Ворота. Открываются виды на хамар-дабанские дали – заснеженные озёра, кедровое редколесье, солнце и лазурное небо. Красиво! И на душе легко. Искрящийся, нетронутый снег, и только осторожный парный след соболя идёт от кедра к кедру. Выше снег значительно плотней, а на перевале Лангатуйские Ворота он ещё и отполирован так, что лыжи не оставляют следа. Поднимаемся на седловину на лыжах, обходя крупные камни.

По традиции съедаем шоколадку, оставляем записку в туре и быстро скатываемся вниз. Холодно, да и дело к вечеру, нужно вставать на ночёвку. По эту сторону перевала лес достаточно близко, но он редкий и продувается. По «пухляку» (рыхлому снегу) спускаемся в озёрную котловину истоков рек Тит-Тит и АраБуректай, пересекаем её и взбираемся на невысокий водораздельный гребень межд у истоками этих рек, находим седловинку и ставим лагерь. Вокруг кедры-коронарусы – это вид кедра с верхушками в виде короны.

Пока провозились с постановкой лагеря, вышла полная луна и всё пространство вокруг залила своим светом, как на картине А.Куинджи «Ночь на Днепре». К владыке туч Морозно и ясно. Настроение бодрое. Таня Чупрова-Зорина всё время что-то напевает. Она у нас заменяет Володю: пилит дрова, тропит лыжню, очень активна и ещё поёт песни. По водораздельному хребту, по надувам быстро передвигаемся на лыжах. Сверху красивые виды на долину рек Ара-Буректай, Бурун-Юнкуцук, Тит-Тит, перевал Нухен-Дабан.

Хребет довольно пологий и идти хорошо, хотя дует сильный ветер (впрочем, редко бывает, когда его нет). От тригонометрического пункта на хребте открывается великолепная панорама в. Хан-Ула; весь подход к ней, как на ладони. Широкие распадки истоков р. Барун-Юнкуцук, поросшие кедрачом, берут своё начало со склонов горы. Далее к Хан-Уле хребет почти бесснежный, торчат камни, тундра едва припорошена, поэтому идём пешком, лыжи тащим на поводке. В этот раз мы выбрали вариант подъёма на гору лучше, чем в прошлые годы.

От изгиба водораздельного хребта на северо-запад спустились прямо по отрогу вниз в долину крайнего левого истока Барун-Юнкуцука, пересекли ручей и поднялись на средний отрог в. Хан-Ула с таким расчётом, чтобы заночевать на границе леса. Эти месс та просто удивительные: первозданный кедровый лес, тишина, кругом изюбриные тропы. Да ещё стоит хорошая солнечная погода, невольно любуешься увиденным. По среднему отрогу лес редкий, но ближе к подъёму на гору он, наоборот, густой, отличное место для ночёвки.

С утра необыкновенно тихо и тепло, небо серое, как будто природа насторожилась и притихла в ожидании бури. За завтраком принимаем поздравления от женщин в честь праздника 23 февраля. Я в шутку поздравляю Таню и Наталью, поскольку они у нас как мужчины: им всё приходится делать при таком малочисленном составе группы. Наталья Кириченко приготовила «вкусняшки» на мёде, орехах и сушёных фруктах. Время не ждёт, и вот мы уже поднимаемся на Хан-Улу сначала на лыжах по отрогу, затем пешком по настовой корке и камням.

Погода резко ухудшилась: пошёл снег, усилился ветер, началась метель. Сам подъём несложный, но длительный. Выходим на гребень хребта и к 13.00 мы на плоской вершине Хан-Ула. Видны только тригопункт и чернеющие камни-пластины вокруг него. Сильные порывы ветра останавливают на ходу. Не знаю, как насчёт названия «владыка гор», а вот «владыка туч» – это совершенно точно. Придавливаем полиэтилен вокруг тригопункта лыжами и рюкзаками и быстро перекусываем, укрывшись за плёнкой.

Виктор умудряется написать записку и заложить в тур. Чтобы продолжить маршрут в таких условиях, берём направление на запад, юго-запад и долго бредём в порывах ветра и при плохой видимости по торчащим из тундры камням. Ориентироваться помогает солнце; виден только его контур, слегка подсвеченный, однако этого хватает, чтобы выдерживать курс. Вскоре ощутили уклон под ногами, сквозь пелену показалось ущелье реки Зун-Байга и чернеющие чёрточки кедров высоко на склонах.

Сбрасываем высоту – и сразу заметное затишье, можно откинуть капюшон. Верховья Зун-Байга очень интересны. От истока река сбегает почти по меридиану 1,5 км, затем, не сумев «прорезать» тонкую горную перемычку основного хребта, резко поворачивает в широтном направлении. Совсем небольшой перевальчик разделяет истоки Зун-Байга и ЗунЦаган-Чулутуй – левого притока Снежной. В долине Зун-Байга тихо и сыпет снежок. Наталье что-то нездоровится. И мы решаем подойти к Патовому озеру по притокам Хара-Мурина: Барун-Байге, Шара-Жалге, Уту-Жалге.

К Патовому озеру Гольцы закрыты. В «молоке» мы переваливаем с Зун-Байги на Бурун-Байгу через невысокий перевал. Как всегда, тропёжка. Удивляют широкие обширные верховья р. Байга, которые охватывают огромную площадь водосбора. Недаром Хара-Мурин такая мощная и полноводная. Сама р. Барун-Байга широкая и чистая, без завалов, и скорее напоминает проспект или улицу с «бордюром» из кустиков курильского чая, ивы и голубичника. По проспекту, судя по следам, любят шествовать изюбры и всякие мелкие пушные жители.

Мы становимся на звериный след, идти сразу веселей. Иногда попадаются наледи, но они легко обходятся. Из-под снега взлетают куропатки, недовольно ругаясь по-петушиному, что их потревожили. Всякой непогоде рано или поздно приходит конец и наша группа, успешно преодолев ненастье и почти сплошную мокрую наледь по р. Уту-Жалга, вышла на плато. После тайги – разительная перемена: снежная равнина с небольшими возвышенностями в ожерелье далёких остроконечных гор.

Невольно вспоминается Чукотка, Анадырское плоскогорье. Но перед нами небольшое плато в центре хребта Хамар-Дабан. По правую сторону плато верховья р. Хара-Мурин, по левую – р. Шибетуй; тундровая поверхность хорошо заглажена ветрами, идти одно удовольствие, лыжи скользят с накатом. К обеду подошли к Патовому озеру, в снегу оно еле «читается». Кругом голо и только р. Шибутуй с чернеющим частоколом леса теряется в глубокой пади. От озера Патового поворачиваем почти на запад, скатываемся с косогора и плюхаемся по очереди в снег в одном и том же месте.

Таня, Виктор и я – место встречи изменить нельзя! Нас ждёт сюрприз: участки наста и «пухляка» при бесконечном подъёме по ручью Харнохойтуй. Структура снега – как своеобразная шахматная доска: клетка наста, затем «пухляк». Силы быстроуходят. Корку наста приходится буквально пробивать лыжей. Виктор тропит впереди с рюкзаком и «торпедой», я и Таня едва поспеваем за ним. Когда преодолели этот длительный, хотя и невысокий подъём, солнышко пошло на спад. Перед нами открылась бесконечная снежная гладь и только вдалеке, как выступ, была видна вершина Крест.

Решение приходит само собой: нужно ночевать. Проходим ещё чуть-чуть и видим слева очередной исток р. Харнахойтуй с цепочкой леса у самого верха. Есть удобное место! Почти не сбросив высоты, устраиваем ночёвку на склоне в кедровом редколесье. К сердцу Хамар-Дабана Необычно красный восход и сильный ветер, хорошо, что боковой. Над долиной Харнахойтуй настоящая зарница. После отдыха мы быстро подошли под высоту 2245,7 м – вершину Крест. На топокарте горизонтали почти точно оконтуривают эту гору в виде креста, соотношение осей 1:2. Сверху вершина ровная, как стол, взбираемся на неё по ребру.

Наверху снега практически нет. Под ногами обломки базальтов с пузыристой текстурой. Вот она, долгожданная панорама Утуликской «подковы»! Яркий пример останцевых и столовых гор, где шли недавно вулканические процессы. Погода замечательная, виды изумительные. С тригопункта на вершине открывается потрясающий вид на самую высокую столовую гору хребта ХамарДабан – в. 2396,1 м. Бросаем «кули» и щёлкаем кнопками фото- и видеокамер.

Как это ни парадоксально, но вся красота, всё разнообразие горных видов вокруг создано разрушительными силами природы. Подвижные покровные базальты оказались «бронирующими», твёрдыми по отношению к подстилающим древним пластам. В результате эрозии и размыва природа буквально вырезала в современном рельефе изолированные горы с плоским верхом. Налюбовавшись красотами, спускаемся к озеру Перевальному, сначала спешившись, а затем на лыжах.

Пересекаем его и уходим вдоль крайнего правого истока р. Субутуй, левого притока Снежной. Здесь в кедровом лесу ставим лагерь, завтра собираемся на восхождение. Рано утром выходим втроём (Наталья остаётся в лагере), с собой только самое необходимое. В лучах восходящего солнца гора кажется золотой. Подъём достаточно простой, на лыжах серпантином дошли почти до половины горы. Удивительно, но вся поверхность склона поросла цаган-дайли (по-монгольски «белое угощение»), по-научному – рододендрон Адамса. Эти кустики всюду пробиваются из-под снега. Далее поднимаемся пешком. Вверху снег настолько плотный, да и угол подъёма довольно крут, что я готов надеть «кошки», но Виктор своими «кофлаками» уверенно пробивает ступеньки. Вот и сама вершина – плоская, базальтовая, как и «крест». Тур и высшая точка находятся у края сбросов, которыми вершина обрывается к истокам рек Утулик и Хохюр-Гол.

Включаю датчик GPS, высота точно совпадает с картой – 2396,1 м. Мы стоим как будто на гигантском пьедестале, с которого открывается вид на всю горную страну Хамар-Дабан. Внизу в глубоком провале видны реки: Утулик, текущая на север, Субутуй – на юг-го-восток, Хангарул – на юг и юго-запад. Вот оно, сердце Хамар-Дабана или темя. Отсюда берут начало водные «артерии», здесь смыкаются более мелкие хребты, образуясобственно Хамар-Дабан. Конечно, в самой горной стране есть высоты и выше.

Например, Хангарульский хребет, Ургудеевский голец, но именно эта местность вокруг, возможно, и есть центр современного вулканизма и современного начала в древнейшей геологической истории этих гор. На картах эта вершина обозначается лишь отметкой 2396, собственного имени у неё нет. Посовещавшись с ребятами, предлагаю от имени нашей группы назвать эту безымянную высоту бурят-монгольским топонимом Цаган-Ула («Белая гора») как символ доброго и чистого начала. Утуликское плавание Метель. -100С. По ручью Прямой выходим на р. Утулик.

Ура, есть старый лыжный след! Предполагаем, что тут прошла группа наших иркутских туристов под рук. Николая Москвитина. Верховья р. Утулик – это настоящая лесопарковая зона: дикорастущие душистые тополя, ивы, берёзы, резкая смена растительности после кедровой тайги. Проходим небольшие причудливые каньоны, лыжи скользят по мягкой лыжне, но вскоре начинаются наледи, и основным нашим занятием становится борьба с этим явлением природы. Конечно, фотографировать мы не забываем, хотя, стоя в воде, не до съёмки: появляются эмоции другого плана.

Попытка обойти наледь по берегу, на котором вроде бы лежит пушистый снежок и растут деревья, заканчивается погружением по колено в «квашню» – снег, пропитанный водой. Напротив впадения ручья Карнилова, левого притока Утулика, Виктор обнаружил охотничье зимовье. Охотники закончили промысловый сезон и готовились к выходу. Гостеприимные хозяева приютили нас на ночь, достали фарш из изюбрятины, и началось совместное творчество по изготовлению, а затем и поеданию чебуреков с горячим чаем и долгой беседой.

Охотники рассказали, что в начале зимы тут были небывалые морозы (до -500С), и они впервые смогли проехать на «Буране» вверх по р. Утулик, забросить грузы. Нынче же до реки Спусковой, левого притока Утулика, и далее вниз по течению сплошная наледь. Самое неприятное – это погружаться в воду, когда ты только что из тёплого зимовья с сухими ногами. Охотники оказались правы. Сразу за впадением ручья Карнилова в Утулик пошла нескончаемая наледь с водой. Я иду, как ледокол, в лыжах по воде, так меньше проваливаюсь, главное – не прозевать выхода из воды, иначе лыжа моментально обрастёт горой снега.

В голове назойливо засела строчка «Водными займитесь процедурами» из знаменитой песни В.Высоцкого. Ребята приспособились – кто на лыжах, кто пешком. Таким образом «доплыли» до впадения реки Спусковой в Утулик. Знаменитая река – когда-то здесь шёл караванный путь в Монголию, на пути были станции для отдыха людей и замены лошадей, до сих пор сохранились названия «Казачья поляна», «зимовье Комкова». Наконец-то река! А значит, есть лыжня вверх. Но не тут-то было: снег так напитался водой, что идти невозможно даже по лыжне, жуткий «подлип».

Виктор предлагает идти наверх ночью, я поддерживаю эту мысль, тем более, что пер. Чёртовы Ворота лавиноопасен. Сказано – сделано. Поставили палатку, поспали, подсушили обувь у печки и ночью вышли вверх с включёнными фонариками. По холоду идётся хорошо, и в 8 часов утра мы уже на перевале Чёртовы Ворота, а по склонам «осовы», сошедшие днём. Виктор подал правильную идею.

Погода отличная, спускаемся по р. Подкомарная, затем взбираемся по серпантину дороги на склон пика Черского и спускаемся к метеостанции Хамар-Дабан. Цивилизация! Рядом с метеостанцией новоиспечённый кемпинг с прокатом лыж и снаряжения, есть даже магазин! С Виктором поджидаем наших девчат и слышим, как по серпантину спускается «Буран», с рёвом тянущий за собой кедровое бревно. Кемпинг – это, конечно, хорошо, но только бы новые хозяева не навредили хрупкой горной природе. К вечеру пришли в Слюдянку, а это уже почти дом.

Статья опубликована в газете «Вольный ветер», на нашем сайте публикуется с разрешения редакции. Сайт газеты http://veter.turizm.ru/

рисунок_6.jpg

рисунок_7.jpgрисунок_8.jpg

Назад в раздел

Новый год и Рождество в России

Новогодние и Рождественские туры в России. В Подмосковье, Владимир, Великий Новгород, Карелию, Кострому, Калининград, Казань, Крым, Муром, Галич, Мышкин, Орел, Псков, Рязань, Санкт-Петербург, Сахалин, Селигер, Смоленск, Суздаль, Углич, Ярославль, Пенза, Беларусь, Алтай, Байкал, Вологда, Галич, Калуга, Александров, Архангельск, Камчатку и в другие регионы.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

В край Крымских гор

Недельный тур с проживанием в гостинице у самой красивой горы Крыма - Южной Демерджи. Треккинги, авто-пешеходные экскурсии с осмотром красивейших мест горного Крыма, Долины приведений, каменного хаоса, водопадов, каменных грибов с посещением пещеры МАН и оборудованной Красной пещеры.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!