Путешествие в тундру

Полярной илиадой сталинской эпохи называет 501-ю стройку в своей книге «Архипелаг Гулаг» Александр Солженицын. «В дикой тундре, где не ступала нога человека, муравьи-заключённые под конвоем тащат на себе тысячи привезённых брёвен и строят причалы, и кладут рельсы, и катят в эту тундру паровозы и вагоны, которым никогда не суждено уйти отсюда своим ходом».

Несколько лет назад туристы (г. Надым, Ямало-Ненецкий АО) осуществили свою давнюю мечту – пройти по этой печально известной дороге. Тогда в экспедиции приняла участие большая груп-

па хорошо подготовленных ребят. Тренировки в спортзале очень помогли им пройти десятки километров пешком по болотистой местности, преодолеть водные преграды, поскольку мосты не сохранились, перенести все неудобства походной жизни.

Туристы вернулись, полные впечатлений от увиденного. А удивляться было чему: на их пути оказались огромные лагери, в одном из них было 8 бараков по 44 нары в каждом. И спали на них, конечно, не по одному. Жуткое впечатление, незабываемое. Ребята впервые осознали, что дорога стоила многих человеческих жизней. Никаких записей не сохранилось. Нашли только обрывки газет сталинских времён.

В музей надымского Дома природы участники первой экспедиции принесли фонарь, замки, формы для хлеба и другую утварь. Но тогда они преодолели только половину пути. В сентябре нам удалось провести вторую экспедицию по забытой железной дороге. Такие экспедиции имеют огромное воспитательное значение.

Многие не знают, что здесь находится печально известный памятник сталинскому времени. Как бы ни было трудно само путешествие, сложности забудутся, а увиденное в полуразрушенных временем лагерях, остатки сохранившейся до наших дней дороги отложатся в памяти ребят навсегда. Ниже – отрывки из дневника экспедиции памяти.

Собираемся спешно – за ночь. Только вчера в 17 часов узнали, что утром будет вертолёт. Автобус приехал быстро. По дороге вспомнили, что не взяли ножи, топоры. От спорткомплекса, где было место сбора участников экспедиции, отправляемся за картой – только вчера достали «километровку» по нашему маршруту. Карта отличная, цветная, всё нанесено, теперь главное – не заблудиться.

В аэропорту все работники искали нам топор, но так и не нашли. Зато достали запасной нож. Вертолёт пустой. Летим только мы – пятеро членов клуба «Норд»: Дима, Саша, Паша, Рома и я. Да ещё рабочий на 157-й км – строить дорогу. Путь наш в дальние болота, бескрайние просторы тундры. Летели недолго, минут 40. Внизу видны сталинская дорога, мосты, полуразрушенные бараки. Зачем это всё строилось и оказалось брошенным на века? Вертолёт сел на берегу озера где-то километров в 200 от Надыма.

Организовали бивуак. Небо синее, свежий ветер, и мы посередине бескрайней тундры. В день приезда на место у туристов, как правило, сборы, распределение продуктов и снаряжения. Прямо на ягеле поставили палатки. Возникла проблема с водой и дровами, а топора нет. Приспосабливаем рельсы – на них ставим котелок, а под него накладываем дрова. Было настолько тепло и сухо, что стали загораться шпалы. Хорошо, что вовремя заметили, потушили огонь. Саша с Пашей накачали нашу лодку, решили опробовать её на озере.

Покатались на славу. Готовим ужин. Аппетит у всех зверский. Дима опять забыл купить колбасу. Составляем меню на весь поход. Продуктов должно хватить, хотя и собирались как попало. У нас две палатки: в красной обитают Рома, Паша и Саша, а в серебристой – мы с Димой. Засыпаем быстро: все устали. 19 сентября. Встали в 8 часов, приготовили завтрак. Собирались долго, поэтому вышли поздно. Идти трудно – рюкзаки тяжеленные. Пока самое сложное – это мосты. Идём в основном по рельсам, так как шпалы ненадёжные, разрушаются. Вокруг одна тундра. Пока леса не видно, да и воды тоже. Погода хорошая, без дождя. Очень хочется, чтобы путь был легче, но не получается.

Плечи устают быстро. Стараемся чаще отдыхать. Вдоль дороги идёт тропа. Пока ни одного лагеря, только возле озера лежит огромный моток колючей проволоки, немой свидетель тех лет. После пяти переходов решаем сделать привал и перекусить. Затем идём ещё два маленьких перехода до ближайшей воды. Наконец встречается маленькое болотце. Рядом речушка с высокими берегами, но к ней не подойти – вокруг болото. Решаем остановиться здесь, поскольку уже темнеет. Поблизости другого места для стоянки нет. Все хотят только пить.

Готовим ужин. Обеззараживаем воду, и чай с лимоном получается вкусный. Засыпаем рано, усталость берёт своё. В нашем городском Доме природы есть небольшая комната, где представлена экспозиция «501-я стройка. Люди и судьбы» – в память о пострадавших от сталинских репрессий. Строительство железной дороги было необходимо, чтобы наладить транспортное сообщение в Западной Сибири. Для этого были организованы 501-е и 503-е управления, первому поручался отрезок пути от Салехарда до Игарки.

Большинство – 80% бесплатной рабочей силы – составляли «указники», осуждённые в голодные 1947–48 гг. за кражу мешка картошки, нескольких горстей муки или колосков с поля. Лагери были очень выгодны властям страны дешевизной рабского труда и просто незаменимы для уникальных и особо тяжёлых работ в отдалённых местностях, кайлом и лопатой на великих стройках социализма в середине XX века. 20 сентября. Просыпаемся. Всё в тумане, но не холодно. Пытаемся поднять обитателей красной палатки – бесполезно, никаких телодвижений. Но вставать надо. Наконец народ вроде бы стал двигаться. Готовим завтрак.

Только поели, попили чай, как начался дождь. Да такой сильный, проливной! Выходить на маршрут нет возможности. Решаем подождать. Через полтора часа капли стали бить по палатке реже. Так и выходим под серым дождём. Рюкзаки оттягивают плечи, ориентироваться сложно. Идём, пыхтим. Впереди опять мосты. Почти все проходим по шпалам. Слава Богу, ещё не всё сгорело дотла. Всего 4 перехода, но уже устали от дождя. Хочется скорее дойти к людям. Благо, мы знаем, что они есть на 157-м км. Бараков не видно.

Пытаемся обойти большое болото. Но все проваливаются, кроме Ромы и Димы. Решаем остановиться, перекусить и переодеться. Ребята мокрые, голодные, хочется всего разного и вкусного. Народ приуныл. Рома ворчит: «Где бараки?» Паша: «Что это за карта? Куда мы идём?» А идём мы по ветке железной дороги Салехард – Надым. Цель экспедиции: обследовать дорогу, мосты, оставшиеся лагери 501-й стройки. После болота начинается лес – почти весь горелый, видно, был сильный пожар, не осталось ни одного живого дерева.

Раздаём по конфетке – и вперёд, до ближайшей воды. Буквально через сотню метров видим стрелку, дорога раздвоилась и вывела к посёлку дорожников фирмы «НАСТ». Сторож Геннадий Николаевич и бульдозерист Сергей не ожидали нас. Но встрече рады, выделили домик с печкой-«буржуйкой». Пока было светло, они нас посадили на дрезину, и мы отправились в ближайший лагерь. Он оказался большим и разбросанным. Практически все бараки полуразрушены. Возле дороги – просека, а от неё идёт огромная аллея (вход в лагерь), вдоль которой уже поднялись новые берёзы, а у бараков – непроходимые заросли.

Некоторые окна в бараках забиты досками. Неужели думали, что кто-то сюда вернётся? В каждом лагере – баня и столовая. Гвозди ковали в своей кузнице, деревья брали здесь же, вокруг много старых пней. Часто попадаются глубокие ямы, похоже, колодцы. Видимо, так добывали воду. Все строения обнесены колючей проволокой. Благодаря политике Сталина превратили людей в зеков, получив дармовую рабочую силу. Загнали всех в болото строить дорогу в мороз, в жару, в ветер. И сегодня вблизи Надыма можно увидеть упавшие столбы телефонной линии.

Солженицын пишет про заключённых, которые прокладывали такие линии по тундре: «Они живут в шалашах из веток и мха, комары разъедают их незащищённые тела, от болотной жижи не просыхает одежда, тем более обувь. Трасса их развязана кое-как, проложена не лучшим способом. Для столбов нет леса вблизи. И они на 2–3 дня уходят в сторону, чтобы оттуда притащить на себе столбы». …Заготавливаем дрова и уносим их на дрезину, которая осталась с тех времён. Обратно катим с ветерком. Возвращаемся мокрые, уставшие.

Развешиваем вещи по всему домику, пьём чай. Пытаемся сварить суп, но он так и не закипает, так как дрова мокрые и идёт дождь. Засыпаем на настоящих кроватях. 21 сентября. Народ вставать не хочет: спали в тепле и всех разморило. Дежурим мы с Димой, быстро готовим на костре завтрак. Ребята встают вяло, но аппетит у всех зверский. День серый, вотвот начнётся дождь. Решаем обследовать ещё один лагерь в 4 км от посёлка рабочих, строящих дорогу. После завтрака садимся на дрезину – и с ветерком по 501-й дороге. Доехали минут за 30. Только раз на мосту пришлось перетаскивать дрезину, рельсы были изогнуты.

Лагерь похож на вчерашний, только здесь два входа с развалившимися воротами, к которым ведут широкие аллеи. Строений много, какие-то навесы, хранилища. Бараки полуразрушены, ставни оторваны. Всё обнесено колючей проволокой, которая кое-где сохранилась. После осмотра, мокрые от росы и дождя, возвращаемся обратно. У дороги встречаем семейство оленей, они смотрят на нас настороженно, но не убегают. Дрезина идет плохо, приходится часто её толкать. Начинается унылый дождь, который зарядил до самого вечера.

Сегодня у Ромы день рождения. К сожалению, у нас нет деликатесов, готовим гречневую кашу и чай. Сторож рабочего посёлка дарит нам капусту, салат из неё вышел великолепный. В общем, получились посиделки, но как стемнело, ребята потянулись спать: усталость чувствуется, да ещё дождь подпортил настроение и одежду. 22 сентября. Проснулись рано, собрали рюкзаки. Прощаемся с хозяевами строительного городка. Они подвозят нас на «КамАЗе» до реки Ярудей. Ехать всего 1,5 км. Жаль, что так мало.

Доезжаем до реки. Ищем место для переправы. Саша всех перевозит на надувной лодке, которую мы несли с собой: вначале рюкзаки, а затем каждого по очереди. Ждём, когда просохнет лодка. Паша собирает свой неподъёмный рюкзак. Ну, теперь вперёд. Вдоль дороги идёт тропа. Чуть проходим по ней и справа видим строение – это конюшня, возможно, рядом были кузницы: сохранились подковы. Все другие строения сгорели. Продолжаем путь. Идти трудно. Погода меняется: то ветер, то дождь. Тепла уже не будет. Опять мосты, мосты: сгоревшие, разрушенные. Выходим к речушке.

Вокруг болото, на другом берегу – заброшенный чум. Ищем место для переправы, находим проход к самому узкому месту, укладываем там бревно. Дима вдруг неожиданно для всех прыгает на другой берег, нога соскальзывает, и он исчезает под водой. Вот так! Вылез насквозь мокрый, помогаем ему переодеться. Главное, чтобы не простудился. В результате переправились по двум брёвнам – река узкая. Дорога идёт дальше, всё время по лесу. Вдали видим строение, скорее всего, сторожевая вышка лагеря.

Лагерь слева от дороги практически не сохранился: одна вышка да остатки печных труб. В центре, возле сгоревшего барака, стоит крест – в память тем, кто погиб в сталинских лагерях. Фотографируем, надеваем рюкзаки – и дальше. К вечеру выходим к большому мосту, а под ним, как маленькое блюдце, озерцо с чистой водой. Здесь и ставим палатки. Все устали. После ужина Паша первый ушёл спать – всё-таки нелегко нести лодку. Долго греемся у костра, пьём чай, болтаем. Пахнет морозом и снегом.

Не ошиблись: ночью пошёл снег с дождём.Стройка длилась с 1949 по 1953 г. Когда умер Сталин, финансирование её прекратилось. В течение двух следующих лет отсюда вывозили заключённых. Около 70 тысяч человек прошли через 501-ю стройку. Заключённые жили в лагерях, спали на нарах прямоугольной формы. Вход был один, дорога, по сторонам которой располагались бараки, упиралась в складские помещения, баню и столовую, служившую клубом. 10 км – таково было расстояние между лагерями по трассе.

По четырём сторонам огороженной колючей проволокой территории были установлены вышки, на которых находились автоматчики. Бежать было некуда: зимой холодно, а летом – непроходимые болота и гнус. 23 сентября. Самое сложное – выбираться утром из тёплого спальника на морозец. Сегодня особенно не хочется выходить из палатки – холодно и мокро. Слава Богу, пока готовили завтрак, ветер растащил облака и даже появилось солнце. Опять сворачиваем свой лагерь. Сегодня спали на самой мягкой постели из ягеля.

Рядом дорога № 501. По ней уже никогда не пройдёт поезд, не зажгутся огни семафоров. А ведь это труд тысяч и тысяч тех, кто уже ушёл навсегда. Страшные следы прошлого – остатки сталинских лагерей, далёкого архипелага Гулаг. Здесь он так близко, перед самыми глазами. Сегодня солнечный, но прохладный день. Идём вдоль дороги. Опять тяжёлые километры, мосты, переправы. Быстро доходим до реки Лимбияха.

После переправы сушим лодку, разжигаем костёр и кипятим воду для чая. Кто знает, когда будет следующая вода. Буквально через 10 минут хода увидели сторожевую вышку. Это, пожалуй, один из самых больших лагерей, скорей всего, даже два. Время разрушило заборы и соединило их вместе. Они обнесены со всех сторон колючей проволокой, в центре огромный барак – столовая, в которой ещё прекрасные полы.

Здесь же изолятор – здание с камерами-одиночками, нарами и окнами с решётками. В общем, зона есть зона. Все постройки в хорошем состоянии. Остался брошенный сундук, как будто совсем недавно кто-то торопливо собирал вещи, а ведь прошли десятилетия. Тут же скамейка, сохранилась даже обувь. На зданиях дымоходы из красного кирпича, как будто их только что выложили. Время остановилось...

На карте здесь показаны два лагеря, их названия «Водокачка» и «Глухариный». Это два самых больших и хорошо сохранившихся лагеря на нашем пути. Здесь можно сделать музей под открытым небом – музей дороги. В управлении дороги трудились заключённые-инженеры, классные специалисты, знатоки своего дела. Репрессии тогда охватили всю страну. В лагерях должности замещались настоящими профессионалами.

К примеру, в лазаретах работали знаменитый врач Калининского фронта Новиков, у которого лечилось всё лагерное начальство, предпочитая своего доктора столичным светилам, а также бывший главный хирург того же фронта Богданов, имевший несчастье попасть в плен. Много талантливых людей отбывали срок на 501-й. В театре, который гастролировал по всем лагерям, играли артисты, некогда блиставшие на сценах крупных городов. Режиссёр Леонид Оболенский – соратник Сергея Эйзенштейна, пианист Всеволод Топилин – бывший аккомпаниатор Давида Ойстраха, дирижёр Николай Чернятинский возглавлял до войны оркестр одесской оперы.

Отбывал тут срок и джазовый композитор Зиновий Бинкин, скончавшийся в 1985 г. в звании заслуженного деятеля искусств. Была своя футбольная команда, которой руководили известные всей стране братья Старостины. Были и талантливые инженеры, конструкторы, строители, топографы, механики. ...Наш путь продолжается. Опять рюкзаки, рельсы, уходящие за горизонт. По карте река Ярудей делает излучину и подходит ближе к дороге, здесь можно заночевать, если есть близко вода. Доходим до этого места. Река как бы делает поворот вокруг прекрасного осеннего острова, на берегу которого море спелой сочной брусники.

Вода чистая-чистая. Ставим палатки, готовим ужин. Нашли остатки сторожевой будки с печью, из кирпичей сделали маленькую печурку и готовим на ней. Стемнело быстро. Последние осенние деньки. Пахнет снегом и зимой. От реки тянет влагой, пронизывающим холодом. Засыпаем рано. Завтра опять в дорогу. 24 сентября. Утро прекрасное. Над озером встаёт солнце. На палатках белый иней, брусника покрыта им, как снегом, на реке тонкий ледок – скоро зима. Проснулись, развели костёр – руки замерзают моментально.

Неизвестно, когда дойдём до людей. Очень сложно запланировать, сколько мы пройдём и куда выйдем. Главная проблема – вода, не везде она есть. Иногда целый день идёшь, и ни болотца, ни ручейка. Первый раз река близко, да ещё с такой чистой водой. Этот день оказался самым трудным. По пути попался один сильно разрушенный лагерь. Когда-то он был большим. В лагерях фамилия заключённого, его личность заменялись номером. Так что один от другого отличался не своей человеческой сущностью, а плюс-минус единичкой в номере.

Их пришивали на спине, груди, колене и на шапке. Надзирателям велено было окликать заключённых только по номерам, а фамилий не знать и не помнить. Когда заключённые собирались вместе, на развод или проверку, обилие номеров пестрило как логарифмическая таблица. музее Дома природы есть деревянная бирка, которая выдавалась каждому заключённому. На ней записана дневная норма выработки. Если он выполнял полторы нормы, то ему день срока засчитывался за два. Механического транспорта для перевозки грузов на стройке не было, только лошади.

Свидетельство этому – колесо от телеги, хомуты и бирка с надписью «1943 год. Буланый».После лагеря идём по «зимнику», который тянется вдоль дороги широкой просекой. По нему идти легче, не так устают ноги. Но сложность в другом: заканчиваются продукты, мёрзнут руки, идём в тёплых куртках, не снимая перчаток. Привалы недолгие – 10–15 минут. От холода хочется постоянно есть. У Паши разболелась спина, у Ромы прихватило почки. Пора бы и до людей дойти. Ребята устали, хочется тепла, бани и настоящего хлеба, уже неделю едим сухари, да и они заканчиваются.

На привалах мечтаем о пирожках, борще, курице. В общем, экстремальная экспедиция. А что будет дальше? В этот день не встретили ни озера, ни болотца. Ноги стоптались, а плечи с трудом несут рюкзаки. Шли 10 часов с маленькими перерывами на отдых. У всех немой вопрос: когда же будет вода? Дорога трудных километров. Видели уток, глухарей, даже лося, а о воде ни слуха, ни духа. Только в 19.30 Саша Прошкин обнаружил под мостом маленькую лужицу. Решили здесь ставить лагерь, но тут проблема с дровами. По дороге видели указатель «Кутопьюган – 65 км», разваленный чум и разрушенный лагерь.

Значит, люди недалеко. Ноги сбили, еле-еле двигаемся. Да, прошли много, но где люди, неизвестно. Воду обеззараживаем марганцовкой, готовим ужин. Не осталось ни тушёнки, ни других консервов, только макароны, супы да рис. Попадаются раскисшие грибы и мёрзлые ягоды, так что с голода не умрём. Силы туристам придаёт, конечно, чай. Засыпаем рано, поскольку очень холодно. 25 сентября. Первым проснулся Паша. Пытался развести костёр, но дрова отсырели.

Ночь была холодной, не помогали ни пуховики, ни пуховые спальники, проворочались всю ночь, пытаясь согреться. Завтрак съели моментально, гречневая каша словно проваливается в бездну наших желудков. Собираем мокрые палатки. Надо идти, не расслабляться, как бы ни было трудно. Буквально через 10 минут по пути справа видим озеро. И лагерь у реки Идья-ха. Так что вода была близко. Мост сохранился, можно перейти по рельсам, главное – не наступать на шпалы, чтобы не провалиться. Удачно, что есть мост: наша лодка продырявлена, а клей закончился. Эту реку мы бы не переплыли. Хотя, кто знает.

После моста дорога азветвляется на две параллельные – разъезд; видно, скоро будет депо. И вдруг зимник уходит в сторону, и мы видим домики, антенну. Ура, люди! У мальчишек появляются силы, все ускоряют шаг. Тут же возникает мысль: а есть ли у местных связь? Навстречу нам выбежала собака, мы её сразу назвали «Пират». Пёс оказался добрым. Надеялись, что вышли к людям, но их здесь не оказалось. Три дома и ещё строения – остатки бывшего лагеря, две дрезины. По карте должен быть ещё один лагерь напротив.

Целый день ждём людей. Похоже, что это охотничье хозяйство. Очень хорошая вертолётная площадка. Такое впечатление, что только недавно отсюда ушли люди. Осматриваем окрестности. Никого нет. Тишина. Возможно, ушли на охоту или рыбалку. Собаке оставлено много еды. Значит, ушли надолго. Решаем развести костёр и приготовить обед. Вокруг тишина, только ветер завывает. Сидим возле костра. Пьём чай и ждём. Так до вечера никто и не пришёл. Решаем проверить, может, открыты двери. В одном доме ключи оставлены в дверях, второй открыт. Никого. Уютно, чисто и тепло.

Возможно, только что уехали. Топим печь, пьём чай. Спать устраиваемся на полу. Первая тёплая ночь. Сон приходит сам... 26 сентября. Встаём. На улице всё белым-бело – падают белые, как пух, хлопья. Первый снег. Готовим рожки и кофе. Теперь бы найти рацию! Ведь нас должны забрать совсем в другом месте. Дима с Сашей идут на поиски. Сегодня на улице очень холодно. Мальчишки нашли рацию. Мы находимся на 98-м км, тут охотничье хозяйство «Ярудей» фирмы «Надымгазсервис». Пытаемся дозвониться, но бесполезно.

Через час дозвонились на мой автоответчик. Сообщили, где находимся, чтобы за нами прилетел вертолёт. Но пока непонятно, получил ли кто-нибудь наше сообщение. На этом месте по схеме значатся два огромных лагеря, здесь же казармы надзирателей и другого обслуживающего персонала. В домах сохранились печи, дымоходы, крыши, ставни. Строили на века. И сегодня эти строения используются для жилья и подсобных помещений – бани, склада, гаража. Лагери строились практически через каждые 10 км. Сколько здесь было людей? Бесплатная рабочая сила: невинно осуждённые, дети, интеллигенция и воры.

Все вместе. Каждый день – жуткий труд. Кирка, кувалда, тачка, лопата – вот и вся механизация на строительстве железной дороги. Основная тягловая сила – лошади и человек. Просеки для будущей дороги тоже делали вручную при 40-градусном морозе. С тех далёких времён из одежды заключённых сохранились рабочие рукавицы да резиновые калоши. А вот главное орудие труда – лопата – представлена в экспозиции 501-й стройки довольно широко: от обычной штыковой до большой совковой. Кроме этого, есть и другие вещи, которыми пользовались заключённые, предметы быта.

Экспонаты взяты в лагере «Карась». На старом ржавом рельсе сохранилась надпись «Завод имени Сталина. Год изготовления 1941». Есть формы для выпечки хлеба, колодки для шитья обуви. Железные миски, бутылки, банки тех времён. Колючая проволока, самодельная мебель – столы, стулья. Массивная дверь от штрафного изолятора. Очевидцы рассказывают, что провинившихся сажали в тесную камеру, где можно было только стоять или присесть на корточки. Еду подавали через окошко в двери.

Опять пытались связаться с людьми – бесполезно. Пьём кофе. Рома всё хлопочет по хозяйству: вода, дрова, котлы. Паша помогает. Все заняты делом. Никто не волнуется, все спокойны. После обеда решили заняться добычей пропитания: поставить сети, насобирать грибов. Вечером попытаемся связаться с бывшей ж.-д. станцией «Карась», может, хоть они сообщат в Надым, где мы находимся. Мальчишки ушли к реке, к ней ведёт широченная дорога. Прошло около часа, повалил снег крупными хлопьями, всё опять покрылось белым пухом.

Уже началась зима, а мы тут одни в тундре за сотни километров от людей, на безмолвной дороге № 501. Ни связи, ни людей. Рыбалка не удалась. Все пришли мокрые, снег повалил белой стеной. Готовим ужин – рис со всяческими подливками. В 18.00 удалось завести генератор, по рации выходим на связь и сообщаем в спортивный комплекс, где нас забирать, дозваниваемся домой, что все живы и здоровы. Связь великолепная. Слава Богу! Нас услышали, за нами прилетят. Быстро темнеет, в воздухе запах снега. Затапливаем печь. В доме становится жарко.

У лесничих целая подшивка старого «Огонька», мы его уже перечитали несколько раз, опять разбираем журналы, читаем, пьём чай. Тепло и спокойно. Ночь пролетает быстро. Из-за жары долго не могли уснуть. 27 сентября. Готовим завтрак. Сегодня за нами прилетят, и мы ещё раз сверху посмотрим на дорогу, по которой прошли своими ногами. Вчера по телефону все заказали дома различные вкусные кушанья, а Дима Панченко почемуто попросил шоколада. Мы стараемся о еде не разговаривать вообще, эта тема закрыта.

Ну что ж, пора возвращаться в тёплые квартиры. У Димы появились мысли о кинофильме про дорогу. Мы теперь точно знаем, где какие сохранились лагери, их названия, расположение, приедем домой, составим схему. Утром сильно похолодало. Опять рубим дрова, топим печь. Пытаемся завести генератор – замёрз. Через 30 минут согревания генератор всё-таки заводится, с трудом дозваниваемся до спорткомплекса. Вертолёт прилетит в 14.00. Часы ожидания: собираем рюкзаки, вновь перечитываем статьи из «Огонька», пьём чай. Саша прибрал в доме – чистота необыкновенная.

Мы с ним выходим к вертолётной площадке. Каждые пять минут чудится гул вертолёта, но пока его не видно. Видимо, шумят верхушки деревьев. Ходим кругами и всматриваемся в небо. Сегодня морозец, ветер и в воздухе иногда кружатся снежинки. Прождав час, уходим греться и посылаем Рому на площадку. Он возвращается сразу: «Летит! Летит!» Вертолёт появился со стороны Кутопьюгана. Фотографируемся на память, грузимся, и всё: «Прощай, дорога! Прощайте, трудные километры!» Летим минут 40, всматриваясь в проплывающую внизу ленту дороги, ведь три года назад мы проходили именно в этих местах.

Из аэропорта быстро добираемся домой. До следующей экспедиции. Сейчас эта дорога разрушена временем, занесена песком, заросла деревьями. В некоторых местах шпалы рассыпались совсем и рельсы прерываются. Дорога умерла, не вступив в строй. Но даже в таком извращённом виде строительство дороги в Заполярье было трудовым подвигом народа. А она сама – памятником его таланту и трудолюбию.

Статья опубликована в газете «Вольный ветер», на нашем сайте публикуется с разрешения редакции. Сайт газеты http://veter.turizm.ru/ 

Clip_2.bmp

Clip_6.bmp

Clip_7.bmp

Clip_3.bmpClip_4.bmp
Clip_5.bmpClip_8.bmp

Назад в раздел

Новый год и Рождество в России

Новогодние и Рождественские туры в России. В Подмосковье, Владимир, Великий Новгород, Карелию, Кострому, Калининград, Казань, Крым, Муром, Галич, Мышкин, Орел, Псков, Рязань, Санкт-Петербург, Сахалин, Селигер, Смоленск, Суздаль, Углич, Ярославль, Пенза, Беларусь, Алтай, Байкал, Вологда, Галич, Калуга, Александров, Архангельск, Камчатку и в другие регионы.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

В край Крымских гор

Недельный тур с проживанием в гостинице у самой красивой горы Крыма - Южной Демерджи. Треккинги, авто-пешеходные экскурсии с осмотром красивейших мест горного Крыма, Долины приведений, каменного хаоса, водопадов, каменных грибов с посещением пещеры МАН и оборудованной Красной пещеры.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!