Поход по Дигории и Балкарии

Наш маршрут состоял из трёх частей: акклиматизационной, проходящей по хорошо знакомым большинству из нас местам (от Хареса до Караугомдона) с технически несложными перевалами; определяющей, с прохождением давно не посещаемого пер. Хуппара; познавательной, по перевалам Скалистого хребта. Сразу, ещё на подъездах, мы оставили заброски в магазине посёлка Мацута и на турбазе «Дзинага».

Интересно, что за весь поход, кроме двух дружественных московских групп, идущих параллельно с нами, встретили всего две спортивные команды. Так что в районе, где раньше было не протолкнуться от самодеятельных туристов, теперь чувствуешь себя чуть ли не последним из могикан. Зато бросаются в глаза результаты активно развивающегося в Дигории коммерческого туризма: по тропам и дорогам долины Хареса ходят толпы экскурсантов с появившихся тут за последнее десятилетие баз отдыха.

Поход по Дигории и Балкарии

Например, в районе поляны Таймази широко раскинула свои владения частная гостиница «Порог в небо», а её рабочие усиленно очищают от леса склон на левом берегу р. Гебидон: строят горнолыжную трассу к зимнему сезону. Высокий забор гостиницы препятствует проходу к мосту через эту реку, по правому берегу которой идёт тропа на пер. Авсанау. Правда, хозяева нас радушно пропустили.

За весь поход не видели ни одного пограничника. Однако не стоит расслабляться: в электронных СМИ прошла информация о развитии на территории С. Осетии всевозможных технических

средств оперативного слежения за пограничной обстановкой. Около турбазы «Ростсельмаш» в покинутой казарме живёт теперь ослиная семейка (их малыша мы накормили арбузными корками), а стражи границы переехали в новый, сияющий свежестью городок за околицей пос. Дзинага. Чуть выше впадения в Харес р. Галдоридон на обочине дороги плакат предупреждает о начале погранзоны.

Мы, как всегда, были во всеоружии, заранее оформив погранпропуска через фирму-перевозчика (электронный адрес: alatis@mail.ru). Первая часть маршрута состояла из хоженых-перехоженных перевалов Комарта, Авсанау и Цагардор и не заслуживает особого внимания за исключением пары аспектов. Работая на маршруте с картой В.Ляпина, я обнаружила, что на ней пер. Авсанау имеет 1А к.т. Однако в классификаторе «Высокогорные перевалы он указан как некатегорийный (н/к), что полностью совпадает и с нашим мнением. Ледовая обстановка в районе, по сравнению с 80-ми годами, значительно изменилась: между ледниками Бартуй, З. Цагардор и Кушдарх образовались осыпные и конгломератные «перерывы», а ледник В. Цагардор изрядно отступил, открыв конгломератные склоны. В итоге пер.

Цагардор перестал быть снежным, а стал снежно-осыпным. Особенно ярко результаты потепления климата видны на леднике Караугом, отступившем не менее чем на километр. А уж о смытой Райской поляне в долине р. Караугомдон я и не говорю… Во второй части похода из-за сплошной непогоды из запланированного остались лишь «полтора» перевала – 2А* и н/к. Эта 2А – перевал Хуппара в северо-восточном отроге хребта Саудор – заставила группу изрядно попотеть. Вообще район хребтов Саудор, Цахфедор и Сардидор к востоку от Кураугома не часто посещается в последние годы.

К примеру, по «нашей» Хуппаре пользовались найденным по Интернету описанием 1986 г. группы питерцев под рук. В.Попова. Сам перевал с тех пор изменился незначительно: только снега на льду не стало, а сам лед. З. Цадоти потихоньку депрессирует. Именно поэтому, на наш взгляд, сложность перевала увеличилась до 2Б к.т. Судите сами. Поднимались с лед. З. Цадоти (р. Цадотидон) по правой стороне ледового склона (200 м, 30–40°) – левая сторона камнеопасна. Бергшрунд в нижней части подъёма на перевальный взлёт обходится по рантклюфту (в нём, кстати, мы обедали). Местами крутизна возрастала до 45°. На отдельных участках лёд с вкраплениями камней был тонок настолько, что некоторые, особенно физически крепкие участники, сломали два ледобура.

Всего при подъёме организовали 12 точек страховки, повесив 6 перильных верёвок. Наша группа затратила на подъём 5 часов. Думаю, другие команды, более подготовленные физически и технически, в иных погодных условиях (без обложного дождя) могут управиться и за 2 часа, используя технику движения «связка по связке». Широкая осыпная седловина, находящаяся восточнее вершины Хуппара (3790 м), имеет высоту 3550 м. Тура на ней мы не обнаружили. Зато здесь есть площадки для ночлега и вода. Спуск на сторону лед. З. Хуппара (р. Хуппара) проходит сначала по средней крутизны мелким осыпям, потом по несложным скальным кулуарам. На всём протяжении часового спуска до озера на левобережной морене ледника страховка не требуется.

Т ретья часть нашего маршрута была попыткой реализации идеи путешествия по хорошо забытой части Сугана – по простым перевалам Скалистого хребта. Здесь мы уже не ожидали технических сложностей – одно ориентирование, зато предвкушений различных «таинственностей» от посещения одного из древнейших очагов человеческой цивилизации – Кобанской культуры – было предостаточно. Да и отвесные стены, бастионы и башни Скалистого хребта в сочетании с высокотравьем многовековых пастбищ обещали пейзажные и эстетические удовольствия. Пятиперевальный маршрут по древней скотоперегонной тропе, тянущейся у основания южного склона Скалистого хребта, обещал привести нас из долины осетинского Уруха в Черек Балкарский.

После короткого (примерно 2 км) переезда от пос. Мацута вниз по Уруху остановились у моста старой дороги на с. Донифарс (новая начинается в 4 км выше Мацуты). Мы на дне древней Задалесской котловины (около 1100 м). Часа не пройдя в сторону Донифарса, встретили двух археологов, которые проводили нас на раскоп поселения V–IV вв. до н.э. Экспедиция Московского исторического музея работает здесь уже 20 лет. За это время вскрыто лишь 6 соток очень тяжёлого грунта и обнаружена ремесленная часть поселения (гончарное и рудное производство, мельница и святилище). Важно отметить, что здесь уже тогда получали кричносыродутное железо, что для того времени было «нанотехнологией».

Чуть выше по дороге – лагерь археологов и ещё 2 раскопа, на этот раз могильников VIII-XIV вв. н.э. Воочию видели, как по крупицам отделяют эту каменную землю от костей. Археологи обратили наше внимание на то, что все склоны котловины покрыты древними рукотворными террасами, созданными кобанцами ещё до нашей эры. Наследники этих автохтонов-земледельцев (биологически коренных жителей местности) – аланы – забросили террасы под натиском кочевников в первые столетия нашей эры.

Дорога поворачивает за скалу и раздваивается. Левая – напрямик к видному уже Донифарсу – местами обрушилась, но пешком пройти можно (что мы и сделали позже), а ездят в это селение по правой, более длинной. 200 м по ней до раскидистой яблони – и вот он, Город Мёртвых: десяток характерных аланских могильников, заброшенных в середине XVIII в. Каменные конические сооружения с одним окошечком и полками по стенам служили осетинам склепами. В отверстиях видны кучи костей и черепов, в одном могильнике даже «сидит» труп без головы в ещё не истлевшей одежде. Жуть! Входим в Донифарс – полуразрушенное селение с одним постоянно жилым домом.

В нём обитают очень гостеприимные хозяева. Ещё пара-тройка домов используются как дачи, строятся и новые. Машины, лошади, сено, посевы, овцы, коровы, пасека. В километре выше Донифарса слева от дороги начинаются владения, обнесённые колючей проволокой. По словам местных жителей, это собственность г-на Балоева, «нового» осетина, уроженца этих мест, хозяина фирмы «Балтика». На участке виден замок с башней и охранником, вертолётная площадка, теплицы. На эту территорию попали и развалины с. Кумбулат. Сюда же ведёт уже упомянутая новая дорога от Уруха. Мы вылезли на слияние 2-х истоков р. Наремдон слева от дороги.

Стояночка так себе: покатая. Но зато здесь мы были скрыты от многочисленных пастухов и охранников Балоева. Вечером природа показала нам «файер-шоу»: мы наблюдали, как в толще дальнего грозового фронта по всей его глубине зарождаются и лупят молнии. К сожалению, фотографированию это чудо не поддавалось. На высоте 2310 м дорога заканчивается у коша рядом с родником. Отсюда по длинному зелёному отрогу в. Салдарихох серпантином поднимается конная тропа, выводящая на пер. В. Уаза (н/к, 3000 м). Седловина – нечто похожее на футбольное травяное поле – находится между вершинами Салдарихох (Мещена, 3167 м) и Уазахох (3529 м).

Обе неспроста называются «хохами» – это настоящие скалистые замки-башни. Тур установлен в центре площадки, в восточной части седловины протекает болотистый, истоптанный скотом ручеёк. Спустились примерно на 50 м до площадок на травянистой полке под в. Уазахох. Воду нашли на скалках чуть северо-восточнее ночёвки. Отсюда до пер. Боровцег рукой подать. Всего-то по старой геологической дороге спуститься до истока р. Кезадон и по тропе вдоль железистого ручья, а далее по травянисто-осыпному склону подняться на седловину перевала. Она (н/к, 3208 м) широкая, травянисто-осыпная, находится между частоколом массива Боровцег (3453 м) и уже знакомой нам Уазахох.

Спуск идёт по неявно выраженной тропе вдоль осыпного подобия контрфорса массива Боровцег (до 30°). Под ногами видим много железистых окатышей. Понятно, почему в этих местах с давних пор делали железо: оно здесь лежит прямо на поверхности. Кстати, вспоминается и одно из самоназваний осетин – ирон (железо). Временами среди облаков значительно ниже нас проглядывает следующий пер. Тоторс. Достигнув пологих участков, мы сошли с тропы и с потерей высоты стали траверсировать южный борт урочища Тоторс, чтобы перейти Лахумедон как можно выше по течению по камням, в месте разлива реки на несколько рукавов. Дно долины заболочено.

К седловине поднимались через пару травянистых увалов крутизной от 10 до 40°. Где-то севернее реку пересекала наша тропа и параллельно с нами шла к перевалу. Проверять, есть ли на её пути сносная переправа, мы не захотели. Седловина размером с десяток футбольных полей находится в хребте Кунчи севернее узловой в. 3468 м. В южной части есть родник и озеро, в северной – тур. Найдя тропу, приспустились по ней до озера в истоках безымянного правого притока р. Хазныдон. Ниже по западным склонам, а кое-где и по гребню проходит граница между Кабардино-Балкарией и Северной Осетией. Спускаемся по правому борту долины к кошу. Здесь работают 5 молодых балкарцев.

Они подсказали нам спусковую тропу к верхнему мосту – серпантином по западному склону отрожка, разделяющего р. Хазныдон и знакомый нам его правый приток. Эта тропа оказалась высшей ягодно-грибной к.т. Перейдя Хазныдон по ж.-б. мосту и чуть спустившись по его долине, встали на тропу, ведущую траверсом левого борта к пер. Хазнывцег. В первой своей половине она необычайно волнительна: внизу остаются скальные обрывы и 5 крутых контрфорсов. Наконец взбираемся на высокую травянистую старую морену. От неё до перевала тропа идёт по правому борту заболоченной долины ручья, текущего из-под седловины. Вода в виде ручейков встречается на всём подъёме, но стоянки есть лишь на морене. Перевал Хазнывцег находится между скалистой в. Хазныбаши (3102 м) и в. 2855 м.

Седловина широкая, травянисто-осыпная. Спускаемся по старой геологической дороге, поднявшейся на перевал от нижнего моста через р. Хазныдон (1599 м) пологим траверсом левого борта долины (подсказанный пастухами путь был значительно короче и интереснее). Идём вдоль поваленных деревянных столбов и непонятных сооружений, напоминающих колодезных журавлей. Дорога приводит к р. Псыгансу. Мост через неё нашли у самого нижнего из видимых с дороги домиков, напоминающего общежитие с голубенькой вывеской в торце (её содержание посмотреть поленились). Рядом чистый ручей.

Оказавшись на левом берегу Псыгансу, поднялись вверх по долине около 2 км и, не теряя асфальта под ногами, повернули в сторону пер. С. Курноят. Мы-то планировали проходить пер. Курноят, но, уточняя путь у местных жителей, получили недвусмысленное указание на этот поворот, а когда разобрались, что к чему, не увидели смысла сходить с комфортной асфальтовой дороги, идущей в нужном нам направлении. Так буквально через один переход мы оказались на седловине С. Курноят (н/к, 2100 м). Перевал находится в водоразделе рек ЧерекБалкарский (правый приток Хашхасу) и Псыгансу между вершинами Бекаирбаши (2200 м) и Айдарука-цырт (2271 м). Водораздел этот в районе перевалов Курноят имеет сильное понижение с высотами около 2000 м с развитой сетью дорог.

Севернее и южнее хребет гораздо выше. Особенно впечатляют стены скального замка горы Мехтыген (3154 м), подковой возвышающиеся с севера над верховьями Хашхасу. Вдали с перевала во всей красе видна северная стена Каштантау (5151 м) со снежными флагами от вершины – одного из пятитысячников района Безенги. С пускались по асфальту до самой Верхней Балкарии, откуда уехали в Нальчик заказным автобусом. Удобное место для ночлега – в часе ходьбы от посёлка на правом берегу р. Хашхасу на террасе с развалинами (поблизости есть ручей – правый приток реки). По террасе проходит старая дорога в разрушенное с. Глашево (или Глачево, до него около 1 км), которое со всем населением было уничтожено войсками НКВД в ноябре 1942 г. за пособничество мятежу дезертиров, расстрелявших 10 местных советских чиновников.

(Примечательно, что это произошло ещё до массового выселения балкарцев и даже до немецкой оккупации.) Тогда каратели из НКВД убили до 700 человек, сожгли 519 домов, а 5 деревень стёрли с лица земли… Варианты маршрута из Осетии в Балкарию (и обратно) в 60-е годы туристамматрасникам» (их водили из турбаз «Голубые озёра» и «Ташлы-Тала») и самодеятельным туристам были хорошо известны. Их описания есть в путеводителях, например, в книге В.Агибаловой, Г.Жданова и В.Иванова «С рюкзаком по Сугану» (Орджоникидзе, 1980 г.). Так что третья часть нашего путешествия не была эксклюзивной, но ожидания оправдала сполна.

Маршрут зрелищный (конечно, если есть видимость): на дальнем плане – Большой Кавказ с его снежно-ледовым великолепием, а прямо над тобой – не очень изученные и мало хоженные стены и скалы Скалистого хребта. Путешествие проходит по местам с необычайно богатой историей, древней и поучительной: проявления Кобанской культуры в Задалесской котловине – современники античности, пастбища Тоторса и Город Мёртвых восходят к раннему средневековью, а трагедия в Верхней Балкарии – к новой истории.

Район перспективен в горно-туристском отношении. Судя по визуальным впечатлениям, вокруг достаточно локальных препятствий (и даже логичных) до 2А к.т., естественно, скального характера. Наша третья часть маршрута была, безусловно, некатегорийной, что идеально для походов с детьми. Но надо иметь в виду, что неустойчивая погода (с потерей видимости), зарастающие тропы и разрушающиеся дороги требуют умения ориентироваться или наличия у группы спутникового навигатора.

Статья опубликована в газете «Вольный ветер», на нашем сайте публикуется с разрешения редакции. Сайт газеты http://veter.turizm.ru/ 

Всё, что осталось от Райской поляны и языка ледника Караугом

Вершины Хазнибаши и Мехтыген на закате

Поход по Дигории и Балкарии. Город Мёртвых

Назад в раздел

Недельный тур в Адыгее

Проживание на турбазе. Однодневные пешие походы и автобусные экскурсии в сочетании с ком фортом (трекинг) в горном курорте Хаджох на Юге России. Туристы проживают на турбазе и посещают памятники природы: Водопады Руфабго, Аминовское ущелье, Мешоко, Лаго-Наки, Азишскую пещеру, Каньон реки Белой, Дольмен и другие красивые места.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

В край Крымских гор

Недельный тур с проживанием в гостинице у самой красивой горы Крыма - Южной Демерджи. Треккинги, авто-пешеходные экскурсии с осмотром красивейших мест горного Крыма, Долины приведений, каменного хаоса, водопадов, каменных грибов с посещением пещеры МАН и оборудованной Красной пещеры.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!