Поездка в Африку

...Тёмная африканская ночь. Силуэты Симиенских гор обрамляют небольшое плато, на котором приютились наши палатки. Рядом с похожей на пальму лобелией горит костёр. Проводник с энтузиазмом лупит ладонями по «барабану» — пустой канистре из-под воды. Вокруг костра выстроились погонщики мулов. Поют, пританцовывают и хлопают в ладоши.

Поочерёдно люди бросаются к костру и исступлённо пускаются в пляс, исполняя неповторимый амхарский танец плеч. Не выдерживает даже скаут, впервые за весь поход выпустивший из рук автомат. Волнистые волосы, тонкий нос, узкое лицо — в темноте его можно принять за европейца, и лишь отблески костра на чёрной коже выдают в нём жителя Африки.

Мы тоже смеёмся и отбиваем ритм ладонями. Всеобщее веселье — трудный поход успешно завершён... Мы продолжаем исследовать горы Африки. Под флагом газеты «ВВ» ранее мы поднялись на высшую точку континента — пик Ухуро (5895 м) на горе Килиманджаро), на третью по высоте вершину материка — пик Маргерита (5109 м) в горах Рувензори.

На вторую вершину Африки — гору Кения, идти, толкаясь в массе туристов со всего света, на четвёртой вершине — горе Рас-Да-шэн (4623 м), также ещё не покорённой россиянами. Находится она в горах Симиен в Эфиопии (по-древнегречески Айтопия (Эфиопия) — земля обожжённых солнцем людей). Информация об этом районе была крайне скудна. Удалось найти только отчёт спелеологов МГУ о поездке в Эфиопию в далёком 1966 г.

Запомнилась фраза: «Ночью львы съели двух наших лошадей»... Нам стало известно, что в прошлом году на Рас-Дашэн поднялась украинская команда под руководством Виталия Томчика, первая команда из СНГ. Из переписки с Виталием выяснилось, что организационными вопросами туристы не занимались, всё обеспечила турфирма, которой за это заплатили крупную сумму.

Ребята совершенно не контактировали с местным населением, останавливались в дорогих гостиницах, по улице без гида не гуляли. Мы же, не располагая большими деньгами, хотели организовать всё сами. 7 февраля 2006 г. российская команда (я с женой Ириной, журналист Вадим Должанский, москвичи Алина и Павел) вылетела из замёрзшей от 30-градусных морозов Москвы в жаркий Каир.

При входе в каирский аэропорт у нас на два часа отобрали билеты и паспорта, что было непривычно. Работа аэропорта в тот день была почти парализована: в Кубке Африки по футболу играла сборная Египта, и все смотрели трансляцию матча. К счастью, он закончился раньше, чем должен был отправиться рейс в Аддис-Абебу, столицу Эфиопии, так что мы смогли получить документы у таможенников, охваченных эйфорией после победы их земляков, и сесть в самолёт. Прилетели ночью.

Местный самолёт на Гондар улетал через 3 часа, и нам срочно нужно было поменять деньги, чтобы купить билеты. Бегаем по аэропорту, спрашивая, где обменник. Наконец какойто мужчина нам его показал. Под вывеской на амхарском языке за стойкой сидела девушка. Курс нам не понравился, но информацией о текущем его значении мы не располагали.

После обмена преобразившаяся от свалившегося счастья девушка собралась и в сопровождении мужчины, который нам показал «обменник», покинула аэропора. Хорошо, что хоть деньги оказались настоящими. Билет на местные авиалинии в аэропорту купить невозможно, там нет даже касс! Иду к менеджеру и говорю, что бронировал билеты на все перелёты через Интернет.

К счастью, менеджер находит нашу бронь. — Вы должны были выкупить билеты на этот рейс за сутки. Ваша бронь снята, а билеты проданы. — Но как я мог это сделать, если мы только что прилетели, а платежи через банк от частных лиц «Эфиопские авиалинии» не ринимают? Для улаживания проблемы пришлось доставать бумагу, что мы являемся командой Федерации альпинизма России и едем не просто так, а чтобы подняться на высшую точку Эфиопии.

Это подействовало, мы заплатили деньги и сели в действительно переполненный небольшой самолёт «Фоккер-50», который, как воздушный автобус, облетал по очереди города на севере страны. Вышли на второй «остановке». Гондар, куда в 1636 г. перенёс свою резиденцию император Фасиладас — предпоследняя столица Эфиопии. По путеводителю мы выбрали недорогой итальянский отель «Терара».

Похоже, его построили итальянцы во время фашистской оккупации, и с тех пор здание не ремонтировалось. Эфиопия много воевала, подвергалась нашествиям со стороны стран ислама, но полностью оккупировать её удалось только Муссолини, и то ненадолго. Эфиопы храбро сражались, хотя у них были лишь копья против танков. Только с помощью иприта итальянцам удалось сломить сопротивление этого очень свободолюбивого народа.

Итальянцы оставили в наследство не только отели, но и дороги. Единственная, кое-где покрытая асфальтом дорога, связывающая АддисАбебу — Бахр-Дар — Гондар — Аксум, была построена именно ими. Впрочем, состояние дорог тут такое, что интуристы перемещаются по стране только на самолётах. Четыре перелёта за сутки и бессонная ночь сильно вымотали нас, но после получасовых торгов мы всё же смогли получить групповую скидку на оставшиеся перелёты по стране в офисе компании «Эфиопские авиалинии» и, поспав пару часов, отправились осматривать город и королевский замок.

Замок понравился: классические крепостные стены, башни, редуты, будто сошедшие со страниц романов Толкиена. Жаль, что «оркам» удалось разрушить другие дворцы и город потерял своё средневековое обаяние. Остался лишь этот островок, окружённый морем лачуг, пыльными улицами, заполненными нищими и попрошайками. Утром едем на восток к горам Симиен (поамхарски — «северные горы»).

В основном люди в Эфиопии ходят пешком и вещи таскают на себе. Есть даже такая профессия: женщина-лесовоз. Вот как раз одна идёт по дороге. За спиной огромная вязанка дров. Идёт тяжело: худая, сама весит, наверное, не намного больше своей ноши. И так каждый день, проходя несколько десятков километров, в город и обратно, зарабатывая примерно $10 в месяц. Причём часто это единственный источник дохода в семье.

Встречается на дороге и гужевой транспорт (повозки, нагруженные поклажей ослы), но, видно, женщины обходятся дешевле. Ползём елееле: дорога очень плохая. Вскоре скорость ещё снижается: впереди идёт похоронная процессия. Машина с трудом продирается через недовольную толпу. И это центральная магистраль страны! Вдоль дороги в тени эвкалиптов ютятся типичные для Эфиопии круглые хижины — тукули.

Их остов из жердей обмазан глиной, а крыша покрыта соломой. Невдалеке лоскутки земельных наделов, на них люди, срезающие серпом злаки. Рядом монотонно ходят по кругу волы, топча кучу сжатой пшеницы. Их хозяин откидывает в сторону пустую солому, сгребает зерно и разбрасывает под ногами животных новые снопы. — Смотрите! — закричала Алина. На дороге показался отряд оборванных и запылённых людей с автоматами.

У некоторых на поясе висели гранаты. — Не волнуйся, это обычные повстанцы, — «успокоил» Вадим. Человек с «калашниковым» — обычное дело в Эфиопии. Но о России тут знают не только благодаря популярному автомату и танкам Т-54, ржавеющим вдоль дорог. Русские врачи из госпиталя в АддисАбебе считаются лучшими в Эфиопии, и именно там лечатся правительственные чиновники.

Многие люди, занимающие ключевые посты в экономике, получили образование в СССР и с симпатией относятся к России. Горы Симиен В 100 км от Гондара расположен небольшой городок Дебарк, где в администрации национального парка можно оформить документы на его посещение, взять проводника, нанять мулов и погонщиков. Обязательным является оплата пребывания в парке и хотя бы одного скаута — парня с «калашниковым», который должен вас постоянно сопровождать.

Цены низкие, поэтому не экономим и берём англоговорящего проводника по имени Сома, повара, лошадей и даже маленького мула, который будет карабкаться с нами по горам и при необходимости повезёт фотоаппаратуру и маленькие рюкзачки. Первый переход — от лагеря Буют Рас до лагеря Санкабар — небольшой, разминочный. Но тропа, идущая по краю гигантского каньона, весьма живописна. Многие сравнивают эти места с американским Гранд-каньоном.

Очень впечатляет! Порой от взгляда вниз кружится голова. Внизу бесконечные горы, плавно исчезающие в дымке у горизонта. Колорита добавляют стада обезьян, выкапывающих какие-то корешки. Этот вид бабуинов — волосатых красавцев с бакенбардами — встречается только здесь. Его за красное пятно на груди самцов ещё называют «бабуины с окровавленным сердцем». Лагерь — это просторная беседка, в которой спят и готовят пищу проводники, а также туалет и душ.

Ставим палатки и спрашиваем, где же обещанный душ? Скаут, никогда не расстающийся с автоматом, идёт провожать. Душ — это просто вода из ручья, выливающаяся из трубы на высоте головы. Кабинки нет, и ничто не мешает скауту изучать анатомию белого человека. Ночью наблюдаем поразительное атмосферное явление — гало от луны, занимающее половину неба! Горы залиты серебристым светом. До полуночи раздаются рокот барабанов и звуки пляски: в соседней деревне праздник.

Удивляет большое число деревень. В горах и так мало места для человека, а тут к тому же национальный парк, уникальная природа, находящаяся под защитой ЮНЕСКО. Правда, на карте, купленной в Дебарке, написано, что местные люди — органичная часть природы, и на них распространяются общие правила взаимодействия человека с природой в парке, то есть никакого внешнего воздействия.

Нельзя дарить подарки, оказывать медицинскую помощь, давать еду. Скорее всего, скаут приставлен именно для этого — отгонять от туристов аборигенов, так как животные нам никак не досаждают. Но как не угостить конфетами голодных, оборванных детей, сбегающихся посмотреть на белого человека?! На следующий день идём к лагерю Гич. Жарко. На перекус останавливаемся на берегу реки. Проводник утверждает, что купаться безопасно.

Вокруг никого нет, но как только мы начали омовения, откудато привалила толпа зрителей и устроилась, как в театре, на противоположном склоне. С серьёзным видом народ просмотрел сеанс мужского стриптиза, по-видимому, получая ответ на мучивший вопрос: «Неужели белый человек везде белый?». За рекой лес кончается. Красная выжженная земля, раскалённое солнце, кучи пыли, поднимаемые ветром. Приходим на место и ставим палатки.

Трое чувствуют признаки «горняшки» и принимают таблетки «Диамакс». Пейзаж изменился: на смену эвкалиптовым рощам пришли альпийские луга с одиноко торчащими лобелиями. Проводник очень не хочет идти на Рас-Дашэн и всячески уговаривает нас ограничиться треккинговой частью маршрута, но мы непреклонны — флаг «ВВ» должен быть поднят на вершине. Постепенно набираем физическую форму.

Каждый следующий день труднее предыдущего. Утром выходим на край плато и с Павлом бежим на нашу первую вершину Имит-Гого (3926 м). Вершина типична для этих мест — простой подъём с одной стороны и громадная отвесная стена с другой. Согласно легенде, в деревне Гич недалеко отсюда жила женщина Имит, у которой был сын Гого.

Они пошли собирать дрова и разбрелись в тумане. «Имит!» — звал сын, «Гого!» — кричала мать, но ветер уносил их крики, и они не могли найти друг друга. Радостная встреча произошла на вершине горы, которую с тех пор называют Имит-Гого. Далее путь лежит вдоль гигантского обрыва, которым заканчивается вздыбившееся в небо плато. По дороге легко поднимаемся на четырёхтысячник — вершину Инатие (4070 м). Затем спускаемся по краю обрыва к лагерю Ченек.

Кроме нас, в лагере живёт французская пара, совершающая обычный треккинг по маршруту Санкабер — Гич — Ченек — Санкабер. Вечером мы идём к ним в гости. Там у костра собрались все скауты. Отблески пламени пляшут на суровых лицах воинов. Какое-то выпадение из времени. Кажется, ничего не меняется с течением веков: звёздный шатёр бездонного африканского неба, искры костра, чёрные силуэты гор, растопыренные листья экзотических растений, греющиеся у костра люди. Не разрушают впечатления и тускло блестящие в темноте стволы автоматов.

Утром поднимаемся на перевал Буахит (4200 м). Рядом одноимённая вершина (4430 м). Жалко терять время, поэтому решаем подняться на неё на обратном пути. Начинаем спуск. После каждого шага в воздух поднимается столб пыли. Песком забиты нос, рот, глаза. Очень хочется замотаться платком, как это делают бедуины, но ничего подходящего у нас нет. Эти места туристы практически не посещают.

Долина за перевалом грязна и безжизненна. Не видно даже бабочек, жуков, других насекомых. Единственные обитатели — крысы. Но зато их здесь — море. Кажется, склон по обе стороны тропы ожил и шевелится. Доходим до небольшой реки, останавливаемся на перекус. Алина неловко роняет кусок хлеба в грязь и спрашивает у проводника: — Можно, я отдам его лошади? — Нет, лучше отдайте погонщику. — Я не могу отдать такое человеку.

Проводник забирает хлеб и зовёт погонщика. Прижав руку к сердцу в знак благодарности, тот берёт хлеб и, стараясь не потерять ни крошки, съедает. Спускаемся к деревне. На некоторых домах замечаем листы оцинкованного железа. Их, по одному, носят на себе люди через перевал (!). Ведь дорог сюда нет. Останавливаемся у единственного в деревне магазина. Павел просит пива. Приносят покрытые толстым слоем пыли бутылки и моют их в тазике.

Пиво, в пересчёте на наши деньги, стоит 12 р. Мало кто из местных может позволить себе такую дорогую покупку. Пустую бутылку забирают обратно. Это один из беднейших районов Эфиопии, которая сейчас официально признана самой бедной страной мира; в ней 2/3 населения голодает. На детей больно смотреть. Ноги, как спички, вздувшиеся животы, гноящиеся глаза, облепленные мухами. Здесь нет врачей, больниц, аптек, школ, электричества.

Чем им можно помочь? Раздаём конфеты и продолжаем путь. Ущелье очень глубокое. Сбрасываем почти километр и выходим к реке Мешабе. День тяжёлый: километр набора высоты, километр спуска, поэтому последний подъём вдоль притока реки даётся нелегко. Хорошо ещё, что мы взяли лошадей, которые везут рюкзаки. На ночёвку останавливаемся на большой поляне рядом с деревней Амбиква. Белых здесь видят очень редко.

Собралась толпа зевак, которые молча смотрят, как мы ставим палатки. Рядом церковь. Если бы проводник не сказал, ни за что бы не догадался, что это православный храм. Православие здесь своеобразное. В церковь входят разувшись, как в мечеть, крестятся слева направо, как католики. При песнопениях используют барабан. Да и год у них сейчас 1998-й, шестой месяц, а всего их в году 13. Но религиозные праздники совпадают с нашими.

В Африке православие легко уживается с верой в магию. Например, детишки носят на шее не только крестики, но и талисманы, отгоняющие злых духов. Многие верят в джинов и сглаз, превращающий ночью людей в злобных гиен. Последних в этих местах много. Втемноте они выходят на охоту. Прячем вещи под тент палатки и ложимся спать. Ночью просыпаюсь оттого, что кто-то тронул моё плечо через стенку палатки.

Потом раздалось звяканье посуды. Наверное, во сне чтото задел — подумал я и опять заснул. Пустой пакет — конечно, уже без колбасы — мы нашли на следующий день у реки, миски и ложки были разбросаны по всей поляне. На восхождение к цели путешествия вышли в 4 часа утра. Впереди идёт скаут, в его обязанности входит защита группы от гиен. Дорога долгая. Путь идёт по некрутым травянистым склонам. Коегде виден снег, но его мало.

Он здесь бывает 4 месяца в году, в сезон дождей. А когда-то Рас-Дашэн покрывали вечные снега. Подходим к перевалу и видим на седловине каких-то людей. Останавливаемся, скаут снимает с плеча автомат, щёлкает предохранителем и идёт на переговоры. Они заканчиваются успешно, и мы мирно расходимся. Дальнейший подъём к вершине прост, но очень утомителен. Алина первый раз в горах, ей нелегко, на каждом привале она ложится на землю и засыпает. Тяжело, но она не жалуется, хотя ноги уже сбила до крови.

Алина — женщина волевая: если решила, то дойдёт. Последние 100 м набора высоты идут по простым скалам. Верёвки не нужны. Лезть свободным лазанием — одно удовольствие, и вот мы выходим на вершину. Вместо тура — череп, на котором написано «Ras Dashen». Записки внутри нет. Фотографируемся с флагом «ВВ». Теперь этот флаг побывал и на четвертой вершине Африки. Правда, наш замер по GPS показал высоту 4550 м и заставил усомниться в официальных данных (4623 м). Но то, что это высшая точка Эфиопии, сомнений не вызывает.

По древним столицам Возвращаемся назад. Из Дебарка едем в город Аксум. Дорога серпантином карабкается по склонам гор. Вокруг никого нет, но, как только мы останавливаемся, чтобы сфотографироваться у баобаба, сразу появляются местные детишки и бегут к машине. Рождаемость высокая, живут тут недолго, так что большинство населения очень юное, стариков почти не видно. За 270 км пути встречаем только три машины. В одну из них, грузовик «Урал», мы врезаемся. Наш джип помят, а вот «Урал» не пострадал.

Понятно, почему здесь такой популярностью пользуются российские автомобили. Эфиопия — очень древняя страна. Многие считают её родиной человечества. В столичном национальном музее выставлена гордость экспозиции — скелет самого древнего гуманоида. Им, кстати, был не мужчина (Адам), а женщина, которую назвали Люси по песне Биттлз «Lucy in the Sky with Diamonds», которая звучала в лагере археологов в момент этой сенсационной находки.

Аксум — центр крупнейшей империи древнего мира — аксумитского царства, где в своё время правила знаменитая царица Савская. Осматриваем гигантские, вырубленные из монолита стелы, развалины дворцов. Уже видны холмы, по которым проходит граница с мятежной Эритреей. Это эфиопская Чечня. Провинция отделилась после падения просоветского правительства. Эфиопия безрезультатно вела кровопролитные войны с мятежниками.

Сейчас противоборствующие стороны разделяют войска ООН. ...Останавливаем в Аксуме ооновский джип. Оказывается, что хозяин машины из Москвы! Георгий очень рад встретить соотечественников. Он работает комиссаром ООН по правам человека, много лет не был на Родине. Вечером приезжает к нам в гостиницу. Георгия совсем недавно перевели сюда из Конго (Заир).

Мы рассказываем о своей поездке на границу с Конгов 2005 году — Что нового в тех местах? Как там местные каннибалы? — Недавно над лесом летели два вертолёта ООН. У одного забарахлил двигатель, и он сделал вынужденную посадку. Второй полетел за подмогой. Когда вернулся, от лётчика уже ничего не осталось. Меняем тему. — А можно пересечь границу с Эритреей? Хочется искупаться в море. — В принципе, граница открыта. Но через неё никто не ездит.

Можете пойти пешком. Пограничники встретят, изобьют, отберут деньги и вещи, а затем пропустят в страну. Ну и ладно. Можно и без моря. Летим в Лалибэлу — всемирно известный христианский религиозный центр, самое популярное у туристов место в стране. Лалибэла была столицей Эфиопии в XII—XIII вв. Это местный Иерусалим: тут свои река Иордан, Голгофа, могила Адама.

Только церкви не построены, а высечены, как скульптуры, из камня. Лезем по подземному ходу, вырубленному в скалах. Он узкий, пробираемся, согнувшись, в темноте. У идущей впереди Ирины единственный источник света — налобный фонарик, выигранный в лотерее на вечере «ВВ». Луч фонарика выхватывает колонию летучих мышей, сидящих под сводом. Потревоженные, они несутся прямо на нас, задевая лица крыльями...

Действующие подземные церкви, катакомбы, летучие мыши, монахи, пилигримы, живущие в пещерах отшельники — всё это живое, настоящее. Пыльные улицы, разбитые дороги, по которым гонят скот, 200 км до ближайшего пункта обмена валюты... Кажется, что мы перенеслись в средневековье. Всё тут интересно, вот если бы ещё не досаждали толпы попрошаек и прочих желающих что-то с нас получить!

Что поделаешь — это разлагающее действие цивилизации и туриндустрии. Зато многие знают английский. Затем летим в Бахр-Дар — главный местный курорт. После отделения Эритреи Эфиопия лишилась моря, приходится отдыхать на берегу озера Тана, самого крупного водоёма страны. Жаль, что в нём, как и в остальных африканских озёрах, нельзя купаться из-за разных паразитов. Разбросанные по островам монастыри, папирусные лодки, так же, как в древности, рассекающие воды озера...

Две ночи спим в хижине на берегу, любуясь цветущими деревьями, панорамами рассветов, летящими над озером стаями пеликанов. Очень красиво. Так приятно отдохнуть в живописном месте после выжженных солнцем Аксума и Лалибэлы и езды по пыльным дорогам. Здесь, в этом озере, начинается Голубой Нил. Он долго петляет по африканской земле, прежде чем встретиться в Судане со своим братом — Белым Нилом, образовав самую длинную реку на планете.

Сам исток мало интересен, а вот водопад несколькими километрами ниже впечатление производит, хотя после строительства гидроэлектростанции он сильно уменьшился в размерах. Возвращаемся в столицу и останавливаемся в молодёжном отеле «Баро». Гостиница недорогая, маленькие комнатки, постоянные перебои с водой. Молодая канадка из соседнего номера решила принять душ, залезла в ванну, намылилась, и тут вода неожиданно кончилась.

Пришлось девушке вылезать в коридор и кричать «Хэлп!». В столице очередной правительственный кризис, президент делит власть с парламентом, беспорядки, аресты... Но это проходит незаметно для нас. Запомнился только лозунг на стене дома, написанный почему-то на русском (!) языке: «Права человека — для всех!». Впрочем, нам не до политики — мы едем искать памятник Пушкину.

К монументу трудно подойти, но мы бросаемся через дорогу в автомобильный поток, перелезаем ограждение и разворачиваем у памятника флаг «ВВ». Проезжающие машины приветственно гудят нам. Здесь все знают о великом русском поэте и его эфиопских корнях. Но не только это объединяет наши страны. Не только потрясающая жажда свободы, позволившая выстоять против могущественных врагов, не покориться, спасти свою культуру, свой мир, свою веру.

Не только православие и Святой Георгий, пронзающий копьём врага на стенах почти каждого храма. Не только жизнь в кольце врагов, готовность в любое время бросить «всё для фронта, всё для победы». Вспоминаются эфиопские дети в глухих районах. Грязные, нищие, они ни о чём не просят, они просто стоят и смотрят на тебя голодными и не по-детски серьёзными глазами, и кажется, что они умрут, но не переступят через свою гордость.

И это так по-русски... Некоторые технические детали, полезные при организации путешествия. Виза выдаётся всем желающим в посольстве Эфиопии в Москве делается за час. Перелёт авиакомпанией «Египетские авиалинии» по маршруту Москва — Каир — Аддис-Абеба и обратно обошёлся каждому из нас в $710 (групповая скидка $30 на человека). На обратном пути сутки ждали пересадки в Каире; в стоимость билета входит проживание в 4-звёздочном отеле с полным пансионом.

Перелёты авиакомпанией «Эфиопские авиалинии» по маршруту: Аддис-Абеба — Гондар, Аксум — Лалибэла, Лалибэла — Бахр-Дар, Бахр-Дар — Аддис-Абеба обошлись по $380. Мы договаривались о походе в Симиенах с проводником из Гондара по Интернету («мейл» проводника могу прислать желающим), но все услуги можно заказать и непосредственно в офисе нацпарка в Дебарке. Местная денежная единица — бир. Пребывание туриста в нацпарке — 50 бир за 2 дня. Проводник обходится в $10 в день на группу, скаут — в $6, мул с погонщиком — $6—10, их пребывание в парке не оплачивается.

Есть смысл забронировать авиабилеты у местного туроператора, получится даже дешевле, чем купить их в кассе (у туроператоров большие скидки), и не будете опасаться нехватки мест в самолёте. Переход Санкабер — Гич занял 6 ч 40 м (5 ч чистого времени), Гич — Ченек — 8 ч (6 ч движения), Ченек — Амбиква — 9 ч (7 ч), подъём на Рас-Дашэн занял 7 ч, спуск — 4 ч (чистое время восхождения 9 ч). Посещение всех достопримечательностей в Аксуме обойдётся в 50 бир за единый билет, а по студенческому билету или бумагам, его заменяющим (например, на непонятном для местных языке), — 25 бир; посещения отмечают.

В Лалибэле такой единый билет стоит 100 бир (действителен 3 дня, посещения не отмечают, так что можно ходить с одним билетом по очереди). За разрешение на видеосъёмку требуют 180 бир, поэтому камеры перед покупкой билета спрячьте в рюкзак. Мы так и делали и за съёмку не платили. Посещение водопадов на Голубом Ниле — 15 бир (студентам — 5). Еда и отели очень дешёвые, отличный кофе. Низкий уровень криминала: незаметно стащить что-нибудь могут, но грабежей с применением насилия не бывает.

Достают попрошайки, но это не опасно, правда, в Аксуме детишки, ничего не получив, начинают бросаться камнями. Опасно лишь вблизи границ, например, в пределах 5 км от границы с Эритреей по ночам регулярно появляются новые минные поля. В целом, страна очень интересная. Она, конечно, ещё не совсем туристическая, но власти понимают выгоды развития туризма и хотят, чтобы поездки в Эфиопию стали популярными и в Европе, и в России.

Статья опубликована в газете «Вольный ветер», на нашем сайте публикуется с разрешения редакции. Сайт газеты http://veter.turizm.ru/ 

рисунок_4m.jpg

рисунок_31m.jpg

Назад в раздел

Новый год и Рождество в России

Новогодние и Рождественские туры в России. В Подмосковье, Владимир, Великий Новгород, Карелию, Кострому, Калининград, Казань, Крым, Муром, Галич, Мышкин, Орел, Псков, Рязань, Санкт-Петербург, Сахалин, Селигер, Смоленск, Суздаль, Углич, Ярославль, Пенза, Беларусь, Алтай, Байкал, Вологда, Галич, Калуга, Александров, Архангельск, Камчатку и в другие регионы.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

В край Крымских гор

Недельный тур с проживанием в гостинице у самой красивой горы Крыма - Южной Демерджи. Треккинги, авто-пешеходные экскурсии с осмотром красивейших мест горного Крыма, Долины приведений, каменного хаоса, водопадов, каменных грибов с посещением пещеры МАН и оборудованной Красной пещеры.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!