Путешествие на остров Ольхон

Ольхон — самый крупный из 27 (по другим данным, 26) островов на Байкале, длина Ольхона 71,7 м, наибольшая ширина 15 км, площадь 730 кв. км. Остров гористый; восточный его край практически на всём протяжении обрывается к Байкалу скалистыми утёсами высотой до 80 м, а западный полого спускается к мелководным заливам Малого Моря. Название остров получил от бурятского слова «ой‑хон» — «лесочек» или «немного лесистый». 

В действительности лес на острове встречается лишь в центральной части, северная и южная оконечности Ольхона степные. Население его не превышает 1500 человек, большая часть проживает в единственном на острове крупном посёлке Хужир (есть краеведческий музей, базы отдыха, гостиницы и др.). Ольхон является географическим, историческим и сакральным центром Байкала, с островом связано множество древних легенд и исторических преданий

Здесь, на Байкале, все говорят об удивительном острове Ольхон. Я ни разу в жизни не была ни на одном острове. «Ну чтож, поеду, посмотрю», — решила я, не ожидая ничего особенного. Игорь и Демид доехали на пароме до острова со мной, а там мы разделились: они решили ловить «попутку», а я пошла пешком. Иду по дороге. Все машины с парома прошумели мимо. В одной из них, наверное, ребята. Асфальта на дороге нет и никогда не было. 

Она усыпана тёмно-жёлтым, почти коричневым песком. Оглядываюсь: вокруг такая же тёмная желтизна. И абсолютная равнина. Озера уже не видно, только голая степь. И я одна среди неё. Чего хвалят этот остров? Ольхон, Ольхон… Страшно здесь. И тоскливо! В этой части острова никто не живёт. Здесь и невозможно жить. Справа показалась синяя блестящая полоска воды — залив Байкала. Судя по карте, таких заливов должно быть много. Как эта полоска воды оживляет картину! 

В какой-то момент оглядываюсь и вижу вдалеке две движущиеся точки. «Наверное, ребята», — подумала я. Так и оказалось — ни одна машина их не взяла. Очень скоро они догоняют меня. На душе становится теплее. Желтизна вокруг всё более темнела. День двигался к концу. Мы сворачиваем с дороги и идём к воде очередного залива. Ставим палатку, разжигаем огонь. Оранжевое пламя костра между нами. Синяя темнота вокруг. И серебряная россыпь звёзд над головой. 

Утром мы с ребятами снова расстались: хочется поездить одной. Часа за два на попутных машинах я добралась до противоположного (восточного) края острова. Картина за окном машины резко и обнадёживающе преображалась: взамен голых степей появился густой лес из лиственниц. Дорога порой пролегала через него. На восточной оконечности Ольхона гораздо
веселее. Яркие живописные виды. Голубое небо. Земля устлана ковром высокой сочной травы. 

Серебром переливается синий Байкал. В него мысами врезается скалистый берег, образуя бухты. К серым камням прилепился ярко-оранжевый мох, словно разлилось и застыло пламя костра. Выбираю себе местечко на краешке острова, ставлю палатку. Теперь пойду гулять. На всякий случай возьму фонарик. Иду по дороге. Вокруг прекрасный мир, и нет людей. Но здесь совсем не страшно. Подхожу к Байкалу. Море, настоящее море! Как ещё его назвать?.. Перехожу с мыса на мыс. 

И с каждого Байкал смотрится по-особому. Берега, словно красивая оправа, окаймляют озеро, подчёркивая его драгоценность. Я гуляла очень долго, позабыв о времени и почти обо всём на свете. Надо возвращаться. Скоро темно будет. Снова выхожу на дорогу. Но их здесь несколько. В степи ничего не стоит проложить лишнюю колею. Наконец нашла путь, который должен привести меня к палатке. 

Вдруг от него ответвилась колея и потянулась в лесок. «Эта дорога должна подходить к озеру, — подумала я. — Пойду посмотрю». Я пошла по дороге. И среди деревьев заметила палатки. Значит, люди здесь всё-таки есть. Надо подойти. Большая поляна, на ней сложен очаг, недалеко стол, лавки. И несколько женщин. — Здравствуйте! Скажите, а к воде здесь можно подойти? — выпалила я. Кто-то поздоровался в ответ, все внимательно меня разглядывали. 

Одна из женщин ответила: — Да, можно. — А можно узнать, откуда вы? — спросила я. — Из Иркутска, наверное? — Нет. Мы из Москвы и Нижнего Новгорода. — О! Мы с вами почти соседи. Я из Брянска. На лицах появились удивление и улыбки. — А Вы одна? — спросила одна из женщин. — Да. — И не страшно? — Нет, не страшно. — А как Вы сюда приехали? — Автостопом. Удивление на лицах. Я принимаюсь рассказывать об автостопе и об Академии вольных путешествий. 

Оказалось, кто-то уже слышал о ней. — А почему Вы одна, если у Вас столько друзей? — интересуются женщины. — Потому что одной интереснее ездить, по крайней мере, интереснее, чем с мужчинами. А то ездишь с ними, как чемодан. Они всё решают, планируют, организуют. Думают за тебя. Собеседницы широко улыбаются. Мы договорились, что завтра я приду снова и подарю им книги о вольных путешествиях. 

По дороге выбираюсь из леса. Мне нужно сделать большой крюк, чтобы вернуться к своей палатке. Хочется ещё успеть сварить что-нибудь, а в темноте подбираться к воде будет неудобно. «А пойду-ка между холмами», — решила я. Сворачиваю с дороги и направляюсь прямо между двумя высокими холмами. Но без дороги идти намного труднее — мешает высокая высохшая трава. Справа снова открылся Байкал. А над ним разлился и засиял закат. 

Разыгрался целый спектакль красок уходящего дня. Облака меняют форму и цвет. Больше всего ярко-малинового, он овладел почти всем пространством. И им разукрасились перистые пышные облака. Длинными полосками выступает насыщенно-жёлтый. Кое-где блестит алый. И десятки оттенков красного цвета. Не могу идти дальше, так увлёк этот цветовой спектакль. И хотя понимаю: с его окончанием наступит темнота, — всё же смотрю. Но финала я всё же не дождалась. 

Неизвестно, легко ли на моей стоянке спуститься к воде? Очень хочется горячего чаю перед сном! Я уже прошла довольно много, палатка должна показаться. Я оставляла её на краю острова, справа только Байкал. И сейчас иду по этому высокому краю. Значит, не могу пройти мимо. Стемнело. Стали показываться звёзды. Не успею я спуститься к воде. Уже совсем темно. Да и не нужно мне чая! Дойти бы до палатки, закутаться в тёплый спальник и уснуть. 

Палатки нет так долго, что я понимаю: что-то не так. Но ведь я не могла пройти мимо. Просыпаются ночные запахи. Я смотрю наверх и пытаюсь себя успокоить: главное — не волноваться. Может, всё-таки найду эту палатку… Я прошла вдоль высокого берега, минуя мысы, обходя бухты. Дошла до леса. Дальше уже палатки быть не могло. Что же делать? И вдруг увидела твёрдую колею. Именно по ней меня привезли на этот край острова. От палатки было видно, как по дороге проезжали машины. 

Значит, и с дороги я смогу увидеть палатку. Но только, наверное, не в темноте. «А пойду-ка я по дороге и выйду к тем женщинам, с которыми познакомилась, — решила я. — Может, они ещё не спят. А если спят, постучусь, попрошусь переночевать. Может, где-нибудь в тамбуре палатки найдётся место». И я быстро двинулась обратно по дороге. Интересно, а животные какие-нибудь здесь есть? Иду и внимательно всматриваюсь в левый берег: не покажется ли где-нибудь нужный лесок. 

Но его всё нет. Дорога вышла к озеру и закончилась. Я остановилась. Над Байкалом висела огромная круглая луна. От неё на воде искрилась и подпрыгивала на тихих волнах белая дорожка света. Большой светящийся шар притягивал, завораживал. Казалось, что нужно было пройти испытание, чтобы увидеть это. Но у меня не было времени, чтобы созерцать и думать. Я снова пошла по дороге, теперь назад. Я заходила в каждый лесок на пути, но они оказывались совсем не теми. 

Куда же эти женщины могли подеваться?! Почему не могу ничего найти?! Я сошла с дороги и легла на землю. Не могу и не буду больше ничего искать. Буду спать. Сейчас же лето. Правда, август, но, надеюсь, не замёрзну. Свернулась калачиком. Положила рядом с собой фотоаппарат и очки. На мне были спортивные брюки, рубашка, платок и кроссовки. Земля не казалась холодной, да и ветра не было. Я задремала. Ïроснулась от холода. Согреваться меня научил Антон. Я стала отжиматься. 

Потом покачала пресс, поприседала, побегала по кругу. И действительно согрелась. Снова легла на землю. На этот раз одну руку вытащила из рукава во внутрь рубашки. Рука больше всего замерзала: на ней я лежала. Снова задремала. Иногда просыпалась, чтобы перевернуться на другой бок. Но скоро опять замёрзла. Посмотрела на часы: без двадцати два. Как не скоро рассвет! Согрелась отжиманием, приседанием, и снова легла. Подремала около часа. 

А когда опять проснулась, поняла, что мне уже не согреться, и спать на холодной земле уже не смогу. Пойду по дороге. Прошла немного и справа от дороги заметила очередной лесок. Деревья тёмными силуэтами выступали на фоне неба. Я свернула туда. Но в лесу оказались какие-то огромные валуны. В нужном мне лесочке их не было. Зато за этими валунами можно укрыться от ветра, который уже пожаловал на остров с Байкала. Я приостановилась у одного, который был выше меня раза в два. 

Оглянулась и… среди деревьев увидела свет. Люди! Я кинулась к огоньку. Передо мной оказались двое: парень и девушка. — Здравствуйте! — громко и радостно произнесла я. — А я свою палатку потеряла. Приехала сюда, поставила палатку, пошла гулять, а потом стемнело, и я её не нашла. Парень и девушка смотрели на меня широко открытыми глазами. Наконец парень произнёс: — А я говорю: смотри, Анька, какой большой светлячок. — Нет, это не светлячок, это я. 

Я просто палатку потеряла. — Вот это экстрим! — испуганно и восторженно воскликнула девушка. — Но я ведь не специально, — недоумённо ответила я. А сама стояла и думала, позовут они меня в палатку или нет. Холодно! Тут парень решительно сказал: — Я предлагаю развести костёр. Он мотнул головой в ту сторону, где были дрова и кострище. Я кинулась к этому месту. Быстро сложила палки. Нашла те, которые поменьше, кто-то из двоих протянул мне спички. Несколько секунд, и огонь горит. 

Подкладываю ветки побольше. — Вот это да! — восторженно произносит парень. А я склонилась над костром, чтобы поскорее почувствовать желанное тепло. Мы познакомились. Юра и Аня оказались из Москвы. Они напоили меня чаем. Он согревал ещё лучше, чем огонь. Оказалось, что Аня — художница, а Юра — бывший актёр, а теперь режиссёр, ведёт театральную студию. Он выглядел лет на 26. Аня моложе. 

Я стала рассказывать о себе — о том, что путешествую, снова рассказала, как потерялась на этом острове. Мы смеялись и разговаривали, не замолкая ни на минуту. Было необыкновенно интересно. Я старалась отогнать мысль о том, что с рассветом мне снова придётся искать свою палатку. Но ничего другого не остаётся. Ñнова иду вдоль высокого берега, от мыса к мысу. Вглядываюсь и ищу. Палатки нигде нет. Прошла весь вчерашний путь и опять вышла к лесу, но палатки не было. 

Уже не понятно, где её искать. Я не выдержала и заплакала. Снова вышла на дорогу. И вдруг вспомнила, что от палатки была видна невысокая гора. А я в моих поисках её не видела. Может, всё же где-то ещё стоит моя палатка. Но где? Я опять пошла по дороге. Я шла долго, и вдруг — поворот, которого ночью я не заметила. Дорога поворачивала вдоль берега. Я узнала эти места! Но мне уже с трудом верилось в то, что я увижу свою палатку. 

Когда знакомый тёмно-зелёный прямоугольник показался на одном из светло-коричневых холмов, я бросилась бежать. Вот она! Вот она, моя родная! Цела и невредима. Спуститься к воде оказалось невозможно. Я завалилась спать. Но солнце нещадно палило, и я проспала только два часа. …Снова иду по острову с рюкзаком — несу книги знакомым женщинам. Моя ночная история вместе с удивлением вызвала у них смех. Для меня же ещё слишком живо было пережитое волнение, чтобы посмеяться с ними. 

Около их стоянки можно было спуститься к воде. Берег усыпан серыми овальными камнями. Из-за них заходить в воду сложнее. Она и так ледяная, поэтому стараешься идти осторожно. А тут ещё можно поскользнуться и упасть. Через день я уехала с Ольхона. Äома Демид и Игорь рассказали, что на острове побывали на небольшом солёном озере. Оно их не впечатлило. — Чего все так хвалят этот Ольхон? — удивлялся Демид. — Ничего особенного. — Да-а-а уж, — неопределённо протянула я. 

И поведала ребятам о своих ночных приключениях. …Какими бы интересными ни были они, я сама виновата в случившемся. Во-первых, уходя гулять, надо было обязательно взять с собой тёплые вещи, хотя бы свитер. Мне повезло, что в эту ночь было более или менее тепло. А если бы пошёл дождь? Хорошо было бы иметь компас. Хотя я не привыкла по нему ориентироваться. Всё же он, наверно, помог бы в поисках палатки. 

В темноте, когда я уже замёрзла, когда вспомнила о том, что на острове могут быть звери, я сильно пожалела, что не взяла спички. Как здорово было бы развести костёр! С ним и теплее, и безопаснее, и веселее. А возвращаться к палатке нужно было заранее, задолго до того, как начало темнеть. И, возвращаясь, не отвлекаться и не терять драгоценного времени. Это приключение стало мне отличным уроком.

Статья опубликована в газете «Вольный ветер», на нашем сайте публикуется с разрешения редакции. Сайт газеты http://veter.turizm.ru/ 

рисунок_9m.jpg

Назад в раздел

Недельный тур в Адыгее

Проживание на турбазе. Однодневные пешие походы и автобусные экскурсии в сочетании с ком фортом (трекинг) в горном курорте Хаджох на Юге России. Туристы проживают на турбазе и посещают памятники природы: Водопады Руфабго, Аминовское ущелье, Мешоко, Лаго-Наки, Азишскую пещеру, Каньон реки Белой, Дольмен и другие красивые места.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

В край Крымских гор

Недельный тур с проживанием в гостинице у самой красивой горы Крыма - Южной Демерджи. Треккинги, авто-пешеходные экскурсии с осмотром красивейших мест горного Крыма, Долины приведений, каменного хаоса, водопадов, каменных грибов с посещением пещеры МАН и оборудованной Красной пещеры.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!