Вхождение Крыма в состав России в 1783 году

Вхождение полуострова Крым в состав России – это исторически драматичный, но закономерный процесс. В течение нескольких веков России грозила постоянная военная опасность со стороны Крымского ханства, одного из осколков Золотой Орды. Повторяющиеся набеги крымчан наложили отпечаток на историю Русского государства, задерживая его хозяйственное, политическое и культурное развитие. Присоединив Казанское (1547–1552) и Астраханское (1556) ханства, Иван IV (1530–1584) не предпринял мер по обеспечению безопасности Русского государства от Крымского ханства и крымских набегов. При этом, Крымский хан был вассалом могущественного османского султана.

За вторую половину XVI в. на Московское государство было совершено 48 набегов с территории Крыма. Набеги осуществлялись не только ханами, но и крымскими мурзами по собственной инициативе. Не прекращались набеги и в XVII в. С русских земель за один набег в плен уводилось от 5 до 50 тыс. человек, становившихся невольниками. Пленные продавались на крымских невольничьих рынках в Каффе (Феодосии), Карасу-Базаре (с 1944 г. город Белогорск в 42 км от Симферополя), Бахчисарае, Гезлеве (Евпатории)[17]. Выкуп полона ложился тяжелым бременем на русское население. Была введена специальная подать – «полоняничные деньги»[18]. К сожалению, удавалось выкупить лишь небольшую часть русских пленников.

Эта напряженная борьба требовала огромных сил Московского государства и больших материальных и людских затрат. Расходы на поминки и подарки ханам, выкуп пленных, содержание крымских послов в Москве и строительство засечных черт – все эти меры не могли уберечь от грабительских набегов крымчан, для которых военная добыча и пленники являлись единственными источниками существования. Опустошение южных приграничных уездов Московского государства во время набегов крымчан не позволяло русскому крестьянству использовать эти плодородные земли, что негативно сказывалось на развитии сельского хозяйства в целом. Наконец отсутствие России на Черном и Азовском морях сдерживало развитие внешней торговли страны. Крымская проблема негативно сказывалась на проведении внешней политики России, поскольку уязвимость южных границ сдерживала активность страны на других направлениях и заставляла действовать с оглядкой на юг.

В последней четверти XVII в. Россия вошла в антиосманскую Священную Лигу европейских государств в составе Речи Посполитой, Австрии и Венеции. В 1687 г. выполняя свои союзнические обязательства, русские войска во главе с князем Василием Васильевичем Голицыным выступили в поход на Крым. Международная обстановка благоприятствовала России. Османская империя воевала с Австрией, Польшей и Венецией и не могла оказать помощи своему вассалу. Тем не менее, поход завершился бесславно. 100-тысячная русская армия, страдая от летней жары, отсутствия воды и продовольствия, была вынуждена вернуться назад с большими потерями от болезней. Второй Крымский поход князя В.В. Голицына в 1689 г. был подготовлен значительно лучше. В нескольких небольших сражениях русским войскам удалось разбить противника и впервые дойти до Перекопа. Однако отсутствие оборонительных рубежей и продовольствия заставило отступить. Несмотря на неудачу, крымские походы князя В.В. Голицына показали возросшую мощь Российского государства. Впервые в истории борьбы с крымчанами военные действия были перенесены на территорию противника. Появление русской армии у Перекопа вызвало опасения в Османской империи и определенные надежды у покоренных славянских народов Балкан.
  
Пришедший к власти в 1689 г. царь Петр Алексеевич, несмотря на неприязнь к сестре – царевне Софье и главе ее правительства В.В. Голицыну, продолжал политику предшественников. В январе 1695 г. началась подготовка к Азовскому походу. В отличие от походов князя В.В. Голицына было принято решение двигаться не на Крым, а к турецкой крепости Азов. Смена направления была продиктована очевидными выгодами. Сухопутная армия могла продвигаться не по безлюдной и безводной степи, а по заселенной территории. Необходимое продовольствие и боеприпасы можно было подвозить по Дону и Волге. В качестве отвлекающего маневра 120-тысячная русская армия под командованием Б.П. Шереметева вместе с запорожскими казаками выступила в низовья Днепра. В начале июля 1695 г. русские войска подошли к Азову. Разрушенная после героической обороны Азова казаками в 1637–1642 гг. крепость была восстановлена турками. Укрепленный каменный четырехугольник, обнесенный валом с башнями, защищал турецкий гарнизон. Попытки русских солдат захватить крепость путем артиллерийских обстрелов не увенчались успехом. При проведении осадных работ проявилась слабая выучка военных инженеров. Неудача была также вызвана отсутствием единоначалия. Командиры П. Гордон, Ф. Лефорт и Ф.А. Головин хотели лично отличиться перед царем и мало думали об общем деле. Важную роль в неудаче сыграло отсутствие у русской армии флота. Это не позволило изолировать турецкую крепость со стороны моря, откуда защитники получали необходимые подкрепления и продовольствие. Осенью 1695 г. стало очевидно, что поход не увенчался успехом. Однако неудача не сломила желания царя Петра. При подготовке нового похода были устранены недочеты. Во главе армии было ликвидировано многоначалие – войска возглавил генералиссимус А.С. Шеин, выходец из старомосковского боярского рода. На реке Воронеж началось строительство галерного флота, а Ф. Лефорт был назначен его адмиралом. Воронеж стал центром сбора русских войск. Планировали собрать армию около 70 тыс. человек.
  
В конце мая 1696 г. началась вторая осада Азова. Она с первых же дней развивалась очень успешно. Русская флотилия из 22 галер отрезала крепость от путей поставок продовольствия, русская канонада под командованием самого царя вела прицельный огонь. Окончательный штурм крепости был назначен на 22 июля, но за 3 дня до этого гарнизон капитулировал. В качестве трофеев победители получили 92 пушки и 16 знамен. Азовская победа способствовала укреплению авторитета молодого Петра, которого ругали в обществе за образ жизни и дружбу с иностранцами. Также эта победа стала показательной для явных и тайных сторонников царицы Софьи и князя В. В. Голицына. По возвращении в Москву в конце сентября 1696 г. Петр торжественно отпраздновал Азовский триумф.

В начале марта 1697 г. Петр отправился в Великое посольство. Основной его внешнеполитической задачей было расширить круг союзников России в Европе в возможном столкновении с Османской империей. Помимо Австрии и Венеции, Петр рассчитывал на помощь других европейских держав в предстоящей полномасштабной войне за выход на побережье Черного моря. Однако дипломатия Петра потерпела неудачу. По сути, царь оказался обманут искушенными политиками старого света. Англия и Голландия, а как выяснилось позднее Австрия и Венеция не были заинтересованы в военном столкновении с Турцией. В Европе назревал конфликт за испанское наследство. Главный претендент в этой борьбе – Франция находилась в союзе с турецким султаном, поэтому европейские страны пытались разрушить этот альянс своими договоренностями со Стамбулом. К этому добавим, что Петр осознал невыгодность для России союза с Австрией и Венецией. За годы войны эти государства получили значительные территориальные приращения. Австрия – Венгрию, Словению, Сербию и часть Боснии. Венеция – Далмацию и Морею. Россия, больше всех затратившая материальных и людских ресурсов в годы двух крымских и двух азовских походов, получила только Азов и несколько приднепровских крепостей.

Все это убедило царя в необходимости искать выхода к морю не на юге, а на севере и с другими союзниками. Поэтому ключевой задачей для царя становится создание Северного союза против Швеции, а южный вопрос был отложен. В начале июля 1700 г. между Россией и Турцией был подписан Константинопольский договор о 30-летнем перемирии. Однако уже через несколько лет ситуация обострилась. Полтавская виктория 1709 г. внесла перелом в ход Северной войны. Однако Петра заботило бегство разбитого шведского короля Карла XII в Турцию и сообщения из Стамбула о подготовке султана к войне. К этому его подталкивали Франция и Англия, обеспокоенные усилением России. Выступая в 1711 г. в Прутский поход, Петр надеялся на поддержку со стороны молдавского правителя Дмитрия Кантемира и на борьбу славянских народов против ига османов, однако этого не произошло. В июле 1711 г. русская 38-тысячная русская армия была окружена 120-тысячной армией противника на реке Прут. Катастрофы удалось избежать только благодаря вице-канцлеру П.П. Шафирову, который сумел за громадные взятки убедить визиря подписать мирный договор. По его условиям Россия возвращала туркам Азов, разрушала крепость Таганрог, уничтожала Азовскую флотилию, обещала не вмешиваться в польские дела и обеспечить безопасный выезд Карла XII в Швецию. Поражение на Пруте отодвинуло решение Крымского вопроса.

После победоносного завершения Северной войны Россия превратилась в сильную державу, с мнением которой должны были считаться ведущие страны Европы. Вместе с этим во многих европейских столицах усиление роли Петербурга вызывало опасения и беспокойство. Англия не хотела уступать свою роль «владычицы морей». Франция всячески подталкивала Швецию, Польшу и Османскую империю к враждебным действиям против России, что отражало стремление Парижа создать «восточный барьер» для сдерживания Петербурга.

В 1720-1730 гг. внешнеполитический курс России проводил А.И. Остерман. Важнейшей его вехой стало заключение в 1726 г. военного союза с Австрией. Такое сотрудничество было выгодно России – Австрия выступала противовесом Пруссии и Франции, а также подобно России была заинтересована в решении проблем Польши и Турции.

К середине 1730-х гг. сложились условия для начала русско-турецкой войны. С одной стороны Османская империя, с подачи Франции, демонстрировала свое недовольство вмешательством России в польские дела. С другой стороны, после неудачного Прутского похода 1711 г. в Петербурге витала идея реванша. Канцлер А. И. Остерман пытался противопоставить Турции военные силы Персии. С этой целью в 1732 и 1735 гг. по условиям русско-иранских договоренностей Россия возвращала Персии прикаспийские земли, захваченные Петром I. Однако надежда на правителя Ирана Надиршаха не оправдалась.

В царствование императрицы Анны Иоанновны в придворных кругах уже понимали, что проблема безопасности южных границ России от набегов Крымского хана может быть решена только путем включения территорий Крыма в состав империи. В июне 1735 г. Кабинет министров принял решение начать русско-турецкую войну (1735-1739 гг.). Первый же поход генерала М.И. Леонтьева на Крым завершился неудачно, русская армия не смогла даже дойти до Перекопа. Тогда решение крымского вопроса было поручено фельдмаршалу Б.К. Миниху. Им был разработан амбициозный план завоевания не только Крыма и Кубани, но и освобождения от турок всего Балканского полуострова. В кампанию 1736 г. войска Б.К. Миниха впервые перешли Перекоп и дошли до Бахчисарая, однако были вынуждены вернуться, так как имелись серьезные людские потери в нашей армии. Тогда же войска маршала П.П. Ласси взяли Азов, форсировали Сиваш и сожгли Карасу-Базар. В кампанию 1738 г. русские войска захватили и разорили Очаков, а в 1739 г. турки были разгромлены под Ставучанами и потеряли крепость Хотин. Однако, несмотря на очевидные успехи в 1739 г. война была окончена. Союзники России австрийцы были разгромлены турками под Белградом и сепаратно вышли из войны. В итоге Россия получила только Азов, что являлось провалом для дипломатии А.И. Остермана.

В 1768 году началась очередная русско-турецкая война (1768–1774). Основной целью военных действий России в ходе данной кампании в 1771 г. было определено овладение Крымским полуостровом 2-й армией князя В. М. Долгорукова. 1-я армия П. А. Румянцева обеспечивала прикрытие Молдавии, Валахии и Бессарабии и крупных боевых действий не вела.

Крымские походы Василия Голицына, Бурхарда Миниха и Петра Ласси[19] показали, что успешное завоевание Крымского ханства зависит не только от численности войск, направленных на Крымский полуостров (и у В.В. Голицына и у Б.К. Миниха было до сотни тысяч воинов). Выбор главного направления удара, организация баз снабжения армии – вот что должно было принести победу. Необходимо отметить, что Екатерина Великая не ставила изначально вопроса о вхождении Крыма в состав Российской империи. Сохранился рескрипт Екатерины II от 2 апреля 1770 г., генералу П.И. Панину. В 1770 году во время русско-турецкой войны 1768-1774 русские войска под его командованием покорили Бендеры, но Екатерина II осталась недовольна его военной деятельностью, и обиженный П. И Панин подал в отставку. В рескрипте российская императрица высказала следующее:

«Совсем нет Нашего намерения иметь сей полуостров и Татарский орды, к оному принадлежащая, в Нашем подданстве, а желательно только, чтобы они отторгнулись от подданства Турецкого и остались навсегда в независимости.

Препоручается вам, продолжая начатую с Татарами обсылку и негоциацию, склонять их не к Нашему подданству, но только независимости и отложению своему от Турецкой власти, обещая им торжественно наше ручательство, покров и оборону. Известно, сколь велика легкомысленность Татарская, преданность их к Магометанству, а к Христианам недоверие и некоторая врожденная непримиримость. Мы по тому и уповаем, что вы со всею возможною предосторожностью сие важное дело производить будете, применяясь к их нраву, и обращая и самой войны происшествия к их побуждению». 

Первое сражение произошло у Перекопской крепости 14 июня 1771 г. Отряд российский войск генерала А.А. Прозоровского переправился через Сиваш и обошел Перекопскую крепость слева, оказавшись в тылу татарско-турецких войск. Хан пошел навстречу, но был отброшен ружейным огнем. Одновременно штурмовые колонны князя В.М. Долгорукова пошли на перекопские укрепления. 17 июня Долгоруков начал наступление на Бахчисарай, а отряд генерала А.П. Щербатова пошел к Каффе. Вторично разбив 29 июня уже стотысячную армию крымских татар в сражении при Феодосии, русские войска заняли Арабат, Керчь, Еникале, Балаклаву и Таманский полуостров.

Заслуги В. М. Долгорукова были высоко оценены в Петербурге. 17 августа 1771 г. князь Василий Михайлович Долгоруков стал четвертым по счету кавалером ордена святого Георгия I степени. До него этот высший российский военный орден получили: 27 июля 1770 г. фельдмаршал Петр Александрович Румянцев-Задунайский, 22 сентября 1770 г. граф Алексей Григорьевич Орлов-Чесменский и 5 октября 1770 г. граф Петр Иванович Панин.

Сохранились письма Екатерины II князю В. М. Долгорукову за август и сентябрь 1771 г. Вот одно из них:

«Князь Василий Михайлович! Вчерашний день порадована я была вашими вестниками, кои приехали друг за другом следующим образом: на рассвете, конной гвардии секунд-ротмейстер князь Иван Одоевский, со взятием Кафы; в полдень, гвардии подпоручик Щербинин, Керчи и Еникуля, а пред захождением солнца артиллерии поручик Семенов с ключами всех сих мест и с вашими письмами. Первым долгом я почла принесть Всевышнему за столь многия Его щедроты со всем народом, коленопреклонное благодарение в здешнем Петропавловском Соборе, что исполнено cero утpa с пушечной пальбой и за обеденным кушаньем пили мы здоровье ваше и всех храбрых, при вас находящихся воинов, виновников сегодняшней общей радости с пушечной пальбою же. Признаюсь, что хотя Кафа и велик город и порт имеет Морской; но Еникуль и Керчь открывают вход господину Синявину водой в тот порт, и для того оне много меня обрадовали. Благодарствую вам и за то, что вы уже подняли Российский флаг на Черном море, где давно не казался, а ныне веет на тех судах, кои противу нас неприятель употребить хотел и трудами вашими из рук его исторгнуты. Человек в свете распоряжает; но Бог один определяет, чему быть. Он благословил все ваши предприятия щастливыми успехами; вы же с вашей стороны ничего не пропустили и не проронили, что только могло споспешествовать самому делу. Усердие и искусство ваше увенчаны; вы достигли своего предмета, отечеству сделали пользу приобретением почти целаго Крымского полуострова в весьма короткое время, а себе приобрели славу. Вы знаете, что по штату там Военного Ордена Святого Победоносца Георгия, оной вам принадлежит и для того посылаю вам крест и звезду первого класса, которые имеете на себя возложить и носить по установлению. На починки же вашего экипажа приказала я в дом ваш отпустить 60000 рублей. Сына вашего князь Василий поздравьте от меня полковником. Приметна мне стала из писем ваших ваша персональная ко мне любовь и привязанность и для того стала размышлять, чем бы я при нынешнем случае могла вам сделать с моей стороны приязнь? Портрета моего в Крыму нет но и вы найдете его в табакерке, кою при сем к вам посылаю. Прошу ее носить, ибо я ее к вам посылаю на память от добраго сердца. Всем, при вас находящимся, скажите мое удовольствие, и не оставлю от вас рекомендованных наградить, о чем уже от меня повеление дано. Впрочем, будте уверены, что все вами сделанное служит к отменному моему удовольствию, и я остаюсь, как и всегда, к вам доброжелательна. Екатерина». 

В марте 1772 г. новым крымским ханом стал сторонник крымско-российского сближения Сахиб-Гирей, который был признан Екатериной II манифестом от 11 апреля 1772 года. К нему был отправлен полномочный посол императрицы – генерал-поручик Евдоким Алексеевич Щербинин (его внуком был поэт-партизан Денис Васильевич Давыдов).

Турция, занятая войной на Дунае, не могла оказывать серьёзного влияния на ситуацию в Крыму. Однако в мае 1772 года турки попробовали высадиться у Бельбека и Ялты, но были отбиты и отправились домой. Екатерина II писала князю Долгорукову 2 июня 1772 года:

«Мы имеем в Крыму войска, за всею потерею в бывшую там язву, еще довольное число. И так, чтоб быть в состоянии изгнать нас оттуда, надобно неприятелю прислать армию, по крайней мере, в пятидесяти тысячах, и та бы еще одна страшна ли была. Но где может он взять потребное число судов для перевоза такого числа и всего им нужнаго? Да хотя бы и удалось ему перевесть в тот полуостров некое число войска, что также не без труда будет, в рассуждении на то потребных судов: то могут ли, однако ж, стать противу Наших, там находящихся и всегда побеждать привыкших?» 

1 августа 1772 г. Екатерина II государственной грамотой признала «хана Крымского независимым владетелем, а область Татарскую в равном достоинстве с протчими подобными свободными и под собственным правительством состоящими областями»

1 ноября 1772 г. в Карасу-Базаре крымский хан подписал с князем В. М. Долгоруковым договор (был ратифицирован 29 января 1773 года Екатериной II), по которому Крым объявлялся независимым ханством под покровительством России. К России переходили морские черноморские порты Керчь, Кинбурн и Еникале.

«1773 года января 29. Мирный и союзный трактат между Российскою Империею и Ханством Крымским. Божиею поспешествующею милостию Мы, Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, Московская, Киевская, Владимирская, Новогородская, Царица Казанская, Царица Астраханская, Царица Сибирская, Государыня Пскровская и Великая Княгиня Эстлянская, Лифляндская, Корельская, Тверская, Югорская, Пермская, Вятская, Болгарская и иных Государыня и Великая Княгиня Нова-города Низовския Земли, Черниговская, Рязанская, Ростовская, Ярославская, Белозерская, Удорская, Обдорская, Кондийская, и всея Северныя Страны Повелительница и Государыня Иверския Земли, Карталинских и Грузинских Царей и Кабардинский Земли, Черкасских и Горских Князей и иных Наследная Государыня и Обладательница.

Да будет всем известно.
Во имя Господа Бога, Создателя неба и земли, и всяких благ источника.

Теперь все Крыму принадлежащие Татарские народы, получа древнюю свою вольность и независимость, составляют уже особливую область под собственным своим правительством, благополучие, которое, при Божием покровительстве, произошло единственно от великодушного Ея Императорскаго Величества пособия…

1. Союз, дружба и доверенность да пребудут вечно между Всероссийскою Империею и Татарскою областию, без притеснения Вере, законов и вольности.

2. Сей татарской вольной области верховное и нижнее начальство, то есть, все вообще законы и обряды в самовластном Крымском Хане быть имеют, избрание ж и постановление на предбудущие времена в Ханы зависит от общаго согласия сей области, в которое, как и во все выше сказанное в сем пункте, ни Российская Империя, ни Оттоманская Порта, и протчия посторонния, никто и ни одинни в чем вмешиваться да не имеют…

5. Ея Императорское Величество за себя и за своих Всероссийского Престола преемников обещает Татарскую область сохранять и защищать во всех ея правах и начальных положениях.

6. Пока настоящая война между Всероссийскою Империею и Портою Оттоманскую продолжается, резоны военные требуют, чтоб укрепленные Крымские места заняты были Российскими императорскими войсками, но при всем том возможное старание употребится, чтоб сие обстоятельство ни в малейшую не было в тягость Крымским обывателям.

7….содержаны да будут навсегда Российскою Империею крепости Яниколь и Керчь, на берегу пролива из Азовского в Черное море лежащие, с гаваньми и с околичною землею.

8. Кроме крепостей Яниколя и Керчи, протчия вся Крымския, какого бы названия и имени ни были, крепости с пристаньми, гаваньми, жилищами, со всеми во оных жителями, доходами и соляными озерами, в ведомстве и распоряжении Светлейшего Хана и Крымского правительства быть имеют, в которых, по заключении с Портою мира, Российские войски пребывания иметь не будут…

10. Подданные Ея императорского Величества, которые найтись могут в Крыме и у Татарских народов в плену и в неволе, да будут, вследствие союза и Дружбы, без всякого выкупа возвращены и впредь возвращаемы…

12. Дозволяется взаимная торговля Российским Подданным в Крыму, а Крымским в Российским местах, со всею безопасностию и выгодностями, какия Другие дружественные народы имеют, но с платежем Только по купеческим установлением надлежащей пошлины.

Учинено в городе Карасу 1772 года, ноября 1 дня.

Мы сию Нашу Императорскую ратификацию Собственноручно подписав, печатию Нашей Империи утвердить повелели. Дано в Санкт-Петербурге, Нашей резиденции, лета от Рождества Христова 1773, месяца генваря 29 дня, а государствования Нашего перваго на Десять года.

Подлинная ратификация подписана собственною Ея Императорскаго Величества рукою тако: Екатерина.
Контрасигнировал: Вице-канцлер князь Александр Голицын.
Утверждена Государственною большою печатью». 

Оставив гарнизоны в крымских городах и освободив более 10 тыс. русских пленников, большая часть 2-й армии В. М. Долгорукова в начале 1773 г. отошла назад к Днепру. Однако, ненадолго – напряженность в Крыму значительно возросла. Русские гарнизоны стали подвергаться частым нападениям. Российско-турецкие переговоры 1772 г., проведенные в августе в Фокшанах и в октябре-марте в Бухаресте, не дали результата – Турция не согласилась де-юре отдать Крымский полуостров и пустить русские корабли в Черное море. Перемирие закончилось и 9 марта 1773 г. возобновились военные действия. За 4 дня до конца перемирия Екатерина II отправила князю В. М. Долгорукову следующее письмо:

«5 марта 1773 года. Князь Василий Михайлович! К сожалению моему видя, что в Бухаресте конгресс успеха не имеет упорством вероломного нашего неприятеля, наконец рассуждено за благо предписать графу Румянцеву, чтобы он по истечении перемирия и окончании конгресса бесплодно, с вверенной ему армиею возобновил действие по той стороне Дуная; а как усердие и ревность ваша к службе мне известны, то надеюсь, что и вы ничего того не упустите учинить, что ко вреду неприятеля, служить может; наипаче же его не допустите до отнятия у вас Крымского полуострова, и до обеспокоивания наших границ. К чему вы на месте лучшие средства избирать имеете, и в воле вашей остаются учреждения, движения и местопребывания ваши. Я прошу Бога, да благословит ваши предприятия, и остаюсь, как и всегда, доброжелательною. Екатерина». 

Войска князя В.М. Долгорукова вернулись в Крым. Ситуация оставалась сложной и неопределенной. Турецкий султан, являясь верховным калифом, держал в своих руках религиозную власть и утверждал новых ханов, что оставляло возможность реального влияния на Крымское ханство. И хотя действия П.А. Румянцева и победы прибывшего в Дунайскую армию Александра Васильевича Суворова в 1773–1774 гг. над турками у Туртукая, Гирсово и Козлуджи приближали окончательный разгром Оттоманской Порты, в Крыму турецкое влияние сохраняло силу.

27 января 1774 г. Екатерина II писала князю В. М. Долгорукову: «Предубеждения Веры и привычки всего сильнее, а Татара, кроме того, что внутреннее их к Туркам, однозаконцам, доброжелательство для Нашей стороны не может быть и никогда несумнительно, колико уже и по одному своему легкомыслию к злодействам поползновенны и удобопреклоненны, нет нужды здесь изьяснять, как о деле весьма известном, потому осторожность и благорозумие требуют, чтоб не только неослабное за их поступками продолжалось бдение, но чтоб и такия взору и примечанию их оказательства представлялись иногда, по коим бы они удостоверены быть могли о возможности и избытке способен и к отмщению, за их неверность и противное поведение. Совершенно полагаемся Мы на ваше к Ним и к службе Нашей усердие, и искусство ваше и расторопность в делах воинских, пребывая в протчем Нашею Императорскою милостию к вам благосклонны. Екатерина». 

Окончательное присоединение Крыма стало возможным лишь после заключения Кючук-Кайнарджийского мира между Россией и Турцией в 1774 г., и главная заслуга в окончательном решении Крымского вопроса принадлежит Григорию Александровичу Потёмкину (1739-1791).

Г.А. Потёмкин придавал большое значение присоединению Крыма к России. В конце 1782 г., оценивая все преимущества присоединения Крыма, светлейший князь излагает свое мнение в письме Екатерине II:

«Крым положением своим разрывает наши границы. Положите ж теперь, что Крым Ваш,– вот вдруг положение границ прекрасное: по Бугу турки граничат с нами непосредственно, потому и дело должны иметь с нами прямо сами, а не под именем других... Вы обязаны возвысить славу России...». 

Рассмотрев все доводы Г.А. Потёмкина в необходимости срочного решения столь важной внешне и внутриполитической задачи, 8 апреля 1783 г. Екатерина II издает манифест о присоединении Крыма, где крымским жителям обещалось «свято и непоколебимо за себя и преемников престола нашего содержать их в равне с природными нашими подданными, охранять и защищать их лица, имущество, храмы и природную их веру...».

Именно Потёмкину принадлежит слава «бескровного» присоединения Крыма, что отмечали и его современники. С.Н. Глинка поэтически, немного высокопарно отзывался об этом историческом событии в своих «Записках»: «заботы его (Потёмкина) были о древнем царстве Митридатовом, и он это царство принес России в дар бескровный. Чего не успели сделать века от покорения Казани и Астрахани, чего не успел сделать Петр I, то один совершил этот великан своего времени. Он смирил и усмирил последнее гнездо владычества монгольского».

Во время путешествия императрицы в Крым родился миф о «потёмкинских деревнях», которые надолго стали символом показного благополучия и создания ложного впечатления. Этот миф формировался иностранными путешественниками, спутниками императрицы и государственными деятелями – конкурентами князя Г.А. Потёмкина. Они отмечали, что живописные селения по пути следования императрицы были декорациями, тучное стадо перегоняли по ночам на новое место, а в магазинах мешки были наполнены не зерном, а песком и т. д. Действительно театральность, великолепие и разного рода «чудеса» окружали императрицу на протяжении всей поездки, но они являлись неотъемлемым культурным элементом эпохи в целом. Но не следует забывать, что стоявшие на рейде в Севастопольской бухте военные корабли были настоящими. Именно поэтому реакция иноземцев была наполнена стремлением всячески очернить грандиозные планы России.

Признание Портой присоединения Крыма к России последовало только через восемь с лишним месяцев. До тех пор положение в Крыму было чрезвычайно напряженным. Обнародование манифеста должно было произойти после принесения присяги в Крыму и на Кубани, причем Г.А. Потёмкин лично принимал присягу у крымской знати. Это было приурочено князем ко дню восшествия на престол Екатерины II (28 июня). Сначала присягали мурзы, беи, духовные лица, а затем уже и простое население. Татарская знать ханства торжественно присягала на плоской вершине скалы Ак Кая под Карасу-базаром. Торжества сопровождались угощеньями, играми, скачками и пушечным салютом. 16 июля 1783 г. Потёмкин докладывал Екатерине II, что «вся область Крымская с охотой прибегла под державу Вашего императорского величества; города и с многими деревнями учинили уже в верности присягу».

После присоединения Крыма к России многие татары стали покидать полуостров и переселяться в Турцию. Однако для освоения края были нужны рабочие руки. Отсюда, наряду с официальным разрешением и выдачей всем желающим соответствующих документов (паспортов), стремление администрации удержать как можно больше жителей на занимаемой территории. Несколько позднее начались переселение из внутренних областей России и приглашение на жительство иностранцев.

Заключение Кючук-Кайнарджийского договора с Россией не означало полного отказа Турции от притязаний на Крымский полуостров. Османская империя накапливала военные силы, вела сложную дипломатическую игру с европейскими державами. Интересы последних совпадали с планами Стамбула, не желавшего утверждения России на крымском побережье Черного моря. В 1787 г. началась очередная русско-турецкая война, продлившаяся четыре года.

Османский флот поднял паруса и направился к Крымскому полуострову. Наряду с турецкими командирами на этих морских кораблях находились английские и французские офицеры. Первый генерал-губернатор Тавриды граф Потёмкин поручил организацию обороны полуострова А.В. Суворову. Отсутствие русского флота на Черноморском побережье Крыма диктовало план военных действий на укрепленном побережье. А. В. Суворов принял энергичные оборонительные меры, сосредоточив на берегу все артиллерийские батареи.

В сентябре 1787 г. османская армада начала высадку турецких матросов и солдат на Кинбурнской косе. Подпустив вражеский десант на близкое расстояние, русская артиллерия своим огнем нанесла большой урон войскам противника. А.В. Суворов, тяжело раненный в сражении, повел солдат и матросов в решительный бой. Турецкий десант был смят и отброшен, но султанский флот продолжал блокировать побережье Крыма. В июле 1788 г. небольшая русская эскадра под командованием Ф.Ф. Ушакова нанесла поражение турецкому флоту у острова Фидониси. Победа в неравном сражении над армадой османских кораблей знаменовала рождение молодого Черноморского флота России. В то же время это стало началом длительной борьбы на море двух государств, завершившейся отказом Турции от притязаний на Крым.

Автор-составитель А.Ю. Можайский, канд. ист. наук

Назад в раздел

Новый год и Рождество

Праздничные и активные туры на Новый год и Рождество по России. Средняя полоса, Карелия, С.Петербург, Север, Юг России, Урал, Алтай, Байкал, Камчатка, Дальний Восток, Сахалин, Курильские острова и другие районы России.

Экскурсии по Москве

Пешие, автобусные экскурсии на автомобиле по Москве. Во время экскурсии по Москве Вы сможете познакомиться с самыми интересными уголками города, сможете сделать красивые фотографии и услышать подробный рассказ о достопримечательностях от опытного гида. Вы сможете увидеть Красную площадь, ГУМ, Храм Христа Спасителя и многое другое.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут 30 проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!