Поездка в Калязин и Кашин

На ней была изящная русская колокольня, слегка наклоненная, почти как Пизанская башня, и со всех сторон до горизонта окруженная синей-синей водной гладью. Под фотографией была лаконичная подпись: "Калязин". Фотография взбудоражила мое воображение и не давала спокойно заснуть ночью. Я закрывала глаза, но в них все равно стояла белая колокольня, торчащая из воды и грозящая вот-вот упасть. 

Я проснулась утром и сразу же набрала кодовое слово "Калязин" в поисковой строке. Теперь я знала, что Калязин - это райцентр в Тверской области, и что до него ехать часов пять на общественном транспорте. Хотя колокольня и перестала быть чем-то фантастическим и обрела некоторые реальные очертания, она все равно оставалась недостижимой: как я туда поеду? с кем? на какие деньги? Я была студенткой и никакие расходы, кроме еды, канцтоваров и телефонной связи не укладывались в мой месячный бюджет.

Но калязинская колокольня манила с какой-то магнетической силой. Делать нечего: вечером я села перед списком своих друзей в контакте и стала напряженно думать, кому предложить такую авантюру. Девушек я не рассматривала: все-таки как-то надежнее и спокойнее ехать за тридевять земель с парнем. Мысленно перечисляя знакомых парней, я прикидывала, кто может согласиться не пойми ради чего ехать черт знает куда. Пожалуй, шансы были только на Диму, а если поедет он, то поедет и Макс. Все-таки трое - это уже компания, а то поездка вдвоем с парнем выглядела как-то двусмысленно.

Я бросила Диме фотографию: 
- Смотри! Это г. Калязин. Там церковь затопили водохранилищем и теперь у них плавающая колокольня!
- Знаю эту фотку, клевая. Это в Тверской области.

Я обрадовалась, увидев позитивный настрой Димы по отношению к Калязину. Вспомнив его спокойный характер, искрометное чувство юмора и удивительно острый ум, я сочла, что Дима - идеальная компания для поездки. Решили ехать с ночевкой на ноябрьских праздниках и позвать с собой Макса. Хотя на мое предложение взять с собой Макса Дима сначала ответил: "Лучше какую-нибудь богатую американку. Типа, всего за 500$ мы покажем ей настоящую Россию." 

Американка под руку не подвернулась, а Макс отказался. Заменить его оказалось совершенно некем, и мы начали готовиться к поездке вдвоем, что немало удивило мою соседку по комнате в общаге. Точнее, готовился к поездке Дима, а я в это время получила от немецкой юридической фирмы ответ, что меня берут на работу, сходила на свидание с парнем из Интернета, сочиняла стихи и исправно посещала танцевальные занятия по подготовке к университетскому балу. 

Приехав на Савеловский вокзал, я увидела Диму, стоя доедающего шаурму. "Дома не успел поесть", - оправдывался он с набитым ртом. "Да дома, наверное, и нечего было есть" - подумала я, вспомнив его общажную кухню с тараканами. Мы двинулись к платформам. 
- А как мы поедем? - полюбопытствовала я.
- Сначала на электричке, потом на автобусе, потом на оленях, потом на собаках. - ответил Дима. Как я его ни пытала, никакого более реального ответа о нашем дальнейшем пути не последовало.

В электричке ехали весело. Я рассказывала Диме про свою новую работу и про парня, с которым я ходила на свидание. Он ко всему относился с сарказмом и смешил меня своей реакцией на каждую мою фразу. С ним все, что меня беспокоило на тот момент, казалось не стоящим беспокойства, все, что меня радовало, казалось детским и смешным, а то, что происходило здесь и сейчас - пробегающие в окнах электрички леса и речушки, наш смех и маячащий впереди образ белой колокольни - казалось единственно реальным, по-настоящему важным и имеющим смысл. Именно тогда я почувствовала впервые то, что до сих пор чувствую в путешествиях: будто я живу двумя жизнями. Одна - жизнь, где дом и работа, город и метро, постоянные переживания и бурное веселье, а другая - жизнь, где в окне проносятся деревья, впереди - что-то неизведанное и обязательно прекрасное, и я - это я в чистом виде, без примесей чужих мнений и указаний, городской сажи и испорченности квартирно-денежным вопросом.

Наконец доехали до станции Савелово, больше похожей на избушку из сказки "Заюшкина избушка". "Это конечная, дальше на собаках" - с ухмылкой сообщил мне Дима. Я ничего не понимала и вскоре бросила попытки узнать что-то от Димы. По большому счету, мне было уже все равно, куда он меня везет и как мы будем туда добираться, потому что мне нравился сам процесс. Дима купил билеты в кассе. Оказалось, что дальше мы поедем в одном из двух прицепных вагонов с необычно мягкими сидениями, которые едут до Калязина. 

Еще немного стука колес, и мы обнаружили себя стоящими на твердой земле перед более крупной избой, чем в Савелово, с надписью "Калязин". От избы отходила условно асфальтированная дорога, испещренная лужами, чуть тронутыми первым осенним морозцем. По ней мы и пошли. Первое ощущение было, конечно, "глушь какая-то". Надо сказать, что, обитая в Москве, за МКАД я практически не выезжала, а дома, на юге, как потом оказалось, все совершенно не так, как в центре. И настолько не верилось, что в этом странном забытом Богом месте может быть моя прекрасная колокольня, что мне уже казалось: мы зря приехали и на деле окажется, что колокольни или уже нет, или к ней нельзя пройти, или ее никогда здесь и не было.

Но колокольню мы нашли достаточно быстро, заблудиться было сложно. Русло Волги здесь сливалось с водохранилищем и, куда доставал взгляд, везде была темная толща воды. И прямо посередине этой толщи белым лебедем возвышалась колокольня. 

Вдоволь налюбовавшись на цель нашего визита, мы пошли гулять по городу. Город как будто специально старался, чтобы впечатление о нем было как можно более удручающим: огромное количество разрушенных домов, маленькие деревянные хибарки с бельем, висящим через весь двор, совкового вида магазины и странно выделяющаяся на их фоне "Евросеть".

Настало время думать о ночлеге. Мы спрашивали у редких прохожих, где найти гостиницу, и они давали нам весьма противоречивые указания, благодаря чему мы обошли весь город. Наконец мы поняли, что здание, о котором упоминали наши провожатые, теперь уже не гостиница, а обычная жилая пятиэтажка. Мы вспомнили, что со станции мы видели какую-то гостиницу по другую сторону от путей. Мы пошли туда, по пути увидев над лесом еще одну местную достопримечательность - так называемый радар, хотя на самом деле это радиотелескоп Калязинской радиоастрономической обсерватории.

Маленькая гостиница, о которой мы думали, оказалась снята на свадьбу. Тут у меня пропал энтузиазм: колокольню видели, ночевать негде, надо ехать в Москву. На мои расспросы, что будем делать дальше, Дима загадочно отмалчивался и явно наслаждался ситуацией, которую воспринимал, как маленькое приключение. Мы шли по путям в сторону станции, и Диму прямо-таки распирало от счастья, что мы находимся в 180 км от Москвы, надвигается вечер, а нам негде ночевать.
На ж/д станции мы обнаружили, конечно, что электричек сегодня больше нет. Подошли к смешному задрипанному вагончику с надписью "Автостанция".

Изучили весьма небогатое направлениями расписание. К моему облегчению, мы еще успевали на автобус на Москву. И тут вдруг Дима заявляет: "В Москву - это как-то банально. Давай или в Углич, или в Кашин". Я аж потеряла дар речи. Когда он снова вернулся, я постаралась потихоньку пролоббировать Москву, но Дима был непреклонен: "Опять трястись в электричке и приехать уже поздно ночью, после закрытия метро? В Угличе убили царевича Дмитрия. Но я где-то на форуме перед поездкой читал, что люди после Калязина ездили в Кашин. Давай в Кашин". 

Делать нечего. Подождав немного в тесном, но теплом вагончике автовокзала, мы сели в последний на сегодня автобус на Кашин. Автобус неспеша отъезжал от Калязина, а мне почему-то стало спокойнее, хотя перспективы на ночлег там были не менее призрачны. В автобусе сзади нас оказалась дружелюбная женщина. Видимо, распознав по нашим разговорам в нас не местных, она спросила: "Вы туристы?" Само слово "туристы", упомянутое в какой-то непонятной глуши, мне казалось звучащим странно и нелепо. Но она вовсе не находила туристический маршрут "Калязин - Кашин" непривлекательным. Вскоре она уже взахлеб рассказывала о прекрасном городе Кашине, какие там красивые дома, церкви, ярмарки, и какую настойку делают на местном ликеро-водочном заводе. Заодно она нам сказала, где выйти, чтобы попасть в гостиницу. Я воспрянула духом.

Мы вышли в темноту ночного Кашина и пошли по подсказкам женщины из автобуса. Гостиница "Русь" занимала часть пятиэтажки, в которой, кроме гостиницы, размещалось что попало: от туристического бюро до юридических услуг. Вход в гостиницу нам преградила какая-то бабушка: "Ребятки, сдаю квартиру недорого, у меня лучше, чем в гостинице." Пообещав ей обратиться, если что, мы зашли в просторный холл. И интерьер, и недовольные взгляды полноватых женщин за стойкой здесь носили отголосок советских времен. Двухместные номера стоили от 1600 руб., причем цена почему-то зависела от наличия или отсутствия ЦВЕТНОГО телевизора. Я вполне допускала, что в дешевых номерах телевизор был нецветной. 

Ознакомившись с прейскурантом, Дима неожиданно для меня решил вернуться к бабушке, которая ждала нас на улице. Бабушка попросила 1500 руб. за двушку с замкнутой спальней, горячей водой и телевизором. "Зато вы и готовить сможете, на что вам эта гостиница?" Мы согласились и слегка удивились, когда бабушка бодреньким шагом повела нас к припаркованным у гостиницы машинам. Но наше удивление возросло до предела, когда бабушка вытащила из кармана пульт сигнализации и ей ответил радостным подмигиванием "Дэу Матиз"! Мы сели в машину. 

Бабушка привезла нас в двухэтажный многоквартирный дом с деревянной лестницей и какими-то сундуками в подъезде. Показала квартиру, отдала ключи и укатила на своем Матизе в неведомом направлении. 

Квартира оказалась в таком же советском стиле, что и гостиница; в ней рябило в глазах от пестроты ковров и помещение казалось меньше, чем на самом деле, из-за забитостью мебелью и всяким хламом, но в принципе было все, что нужно, включая более-менее современный телевизор. Осмотревшись, мы бросили лишние вещи и ушли в город. Там поели в каком-то баре, набрали всяких сухариков в супермаркете неподалеку и вернулись в наш временный дом. Было очень приятно после всех приключений принять горячий душ и валяться на большом красном диване перед телевизором. Дима занял диван поменьше, стоящий перпендикулярно моему. Я пошла переодеваться и, вернувшись, обнаружила Диму спящим под работающий телевизор.

Наступило утро, и мы, оставив ключи в условленном месте, отправились осматривать город. Он действительно куда больше радовал глаз, чем Калязин: всюду были старинные двухэтажные дома или маленькие частные домики с резными наличниками, красивые церкви. А на центральной площади прямо в торговых рядах какого-то лохматого века проходила ярмарка, вокруг суетился народ, играла музыка, и настроение было прямо-таки праздничным. 

На этот раз Дима более серьезно озаботился вопросом возвращения в Москву. Мы сходили на вокзал и купили билеты на автобус в 17.05. Но до отправления было еще много времени, и мы вернулись в город. Речка Кашинка уже затянулась тоненьким слоем первого льда, и холод начал давать о себе знать и нам. Мы не нашли ничего лучше, чем зайти в первую попавшуюся пиццерию. Там было достаточно много народу, и цены приятно удивили. Мы просидели в пиццерии часа три, греясь, восторгаясь милым Кашином и с жадностью поедая пиццу. 

Потом был автобус, пробки на ночном МКАДе, и, наконец, снова Савеловский вокзал. Суетящиеся толпы народа вокруг выглядели такими неестественными и пугающими после спокойствия Калязина и Кашина. Меня мгновенно охватила грусть и беспомощность. Приключение закончилось, надо было возвращаться в серые будни. Мы зашли в метро. "Тебе - на серую, мне на кольцо!" - по привычке скомандовал Дима. Я с удивлением обнаружила, что за эти два дня я совершенно отвыкла думать своим умом и теперь как-то туго соображала. "Теперь мне нужно будет снова научиться жить без тебя." - сказала я Диме, как мне показалось, в шутку. Он по-доброму усмехнулся, показал мне еще раз, куда идти и скрылся в толпе. Я несколько секунд постояла, глядя ему вслед, потом опомнилась, прочитала указатели, вышла на платформу и села в подошедший вагон. "Научиться жить без тебя, научиться жить без тебя" - бессмысленно эхом стучало у меня в голове. 

Источник: ru-travel.livejournal.com niknik_2014

Калязин 
Кашин

Назад в раздел

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут 30 проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, все ночёвки в стационарных приютах.

В край гор и водопадов

Недельный тур а Адыгее, однодневные пешие походы и экскурсии в сочетании с комфортом (трекинг) в горном курорте Хаджох. Туристы проживают на турбазе и посещают памятники природы: Водопады Руфабго, Аминовское ущелье, плато Лаго-Наки, ущелье Мешоко, Азишскую пещеру, Каньон реки Белой, Дольмен, Гуамское ущелье. Программа для всех

В край Крымских гор

Недельный тур с проживанием в гостинице у самой красивой горы Крыма - Южной Демерджи. Треккинги, авто-пешеходные экскурсии с осмотром красивейших мест горного Крыма, Долины приведений, каменного хаоса, водопадов, каменных грибов с посещением пещеры МАН и оборудованной Красной пещеры.

Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!