Восхождения на Кавказе

Летом 1931 года на Кавказе во время подъема на западный гребень Миссес-тау на высоте около 4000 метров погибло четыре опытных альпиниста: москвичи С. Левин и О. Гольдовский и швей­царцы Хеглин и Меглин. В числе других спортсменов они готови­лись к штурму Дых-тау. На поиски пропавших товарищей отпра­вились все участники предстоящего восхождения. Среди них была группа молодых альпинистов, в которую входили Евгений и Виталий Абалаковы и Валентина Чередова.

В течение нескольких суток братья Абалаковы и В. Чередова лазали по скалам, осматривая каждый подозрительный выступ, спускались на веревках в многочисленные трещины, исследовали ледники. Вместе с присоединившимся к ним Эмануилом Левиным (братом погибшего С. Левина) они прошли перевал Миссес, побы­вали под северной Стеной Дых-тау, пересекли Мижиргинский цирк. По пути были осмотрены ледник и вершинный гребень Миссес-тау, но ничего обнаружить не удалось. От дальнейших поисков пришлось отказаться. Э. Левин уезжает в Москву, а Валентина Чередова, Евгений и Виталий Абалаковы решают штурмовать Дых-тау.

Через день группа подошла к жандарму* на седловине между Миссес-тау и Дых-тау. Трудности встретились уже при подъеме по гладкому ледяному желобу правой стены жандарма. Твердый лед легко крошился при забивании крючьев, скалывался при рубке ступенек. Сверху на головы восходителей сыпались оттаявшие на солнце сосульки. С большим трудом, вырубая ступени, достигли они скалистого гребня жандарма, миновали его и вновь двинулись по льду. На высоте 4700 метров был устроен ночлег. Кругом в хо­лоде сентябрьской ночи дремали горы.

Утро следующего дня они встретили уже в пути, когда по ко­лено в снегу проходили плато северной вершины Дых-тау. Чтобы попасть на ее гребень, участникам штурма пришлось буквально прорубаться сквозь нависший край подгорной трещины, а затем подниматься по отвесной ледяной стене. Всех их мучила жажда — они не взяли примус и поэтому не могли растопить снег. Лишь один раз восходители смогли попить воды, да и то она имела при­вкус резины (снег удалось растопить на согретом солнцем проре­зиненном дне палатки).

Е. Абалаков, В. Абалаков и В. Чередова упорно продолжали подъем и 5 сентября 1931 года в 12 час. 30 мин. взошли на верши­ну Дых-тау. Высота 5198 метров. Здесь они обнаружили банку с запиской о восхождении немецких альпинистов. На ее место участники штурма вложили свою записку и... несколько конфет для будущих покорителей Дых-тау. Пробыв на вершине до 13 час. 30 мин., группа начала спуск. Обратный путь казался им нетруд­ным, и они быстро достигли места последнего ночлега у перемычки.

На другой день Е. Абалаков, В. Абалаков и В. Чередова совер­шили восхождение на гребень и вершину Миссес-тау а благопо­лучно спустились по юго-западному кулуару. Так закончились первые советские восхождения на труднодо­ступные вершины Кавказа Дых-тау и Миссес-тау. Летом 1932 года Е. Абалаков снова на Кавказе. Вместе с А. Гермошновым и В. Абалаковым он участвует в траверсе* вер­шин Безингийской стоны от Гестолы до Шхары. До этого времени на вершинах Катын-тау, Джанги и юго-западной вершине Шхары были только иностранцы.

А. Гермогенов, Евгений и Виталий Абалаковы, поднявшись по южной стороне плеча Гестолы, перешли на ее ребро и вскоре взошли на вершину Гестолы. Спуск происходил в густом тумане. Евгений и Виталий, спускаясь, сняли очки и у них наступила временная потеря зрения. Группа встала на вынужденный отдых.

Через день их зрение улучшилось, в участники траверса двину­лись к ребру Катын-тау. По-прежнему стоял туман. Глубокий снег сильно мешал продвижению вперед, его пробивали коленями, делая в минуту два-три шага. На вершину Катын-тау вышли в тума­не. При спуске по гребню в сторону Джанги в одну из трещин про­валился Виталий, но товарищам удалось вовремя задержать его.

По пути к вершинам Джанги пришлось преодолеть несколько труднопроходимых жандармов. И вот, наконец, первая, самая высокая вершина Джанги — небольшой гребешок, изогнутый к югу и заканчивающийся снежным конусом. У изгиба гребешка А. Гер­могенов, Евгений и Виталий Абалаковы сложили тур и оставили в нем записку. Через час они уже взошли на вторую вершину Джанги.

Почти шесть суток сложного нелегкого пути осталось позади. Восходители подошли к началу гребня Шхары. Однако у них оста­валось слишком мало продуктов, и они вынуждены были отказать­ся от восхождения на ее вершину. Начался тяжелый спуск по се­верной стене на Безингийский ледник. Временами до них долета­ло холодное дыхание снежных лавин. Методично вырубая во льду ступени, с двойным охранением шли вниз А. Гермогенов, Евгений и Виталий Абалаковы. Они боролись за каждый метр пу­ти. На одном из участков спуска неожиданно сорвался и полетел в пропасть Виталий, но Евгений был на чеку и быстро удержал брата...

Наконец лабиринт ледопада остался позади. Утомленные, но довольные участники первого советского траверса Безингийской стены подошли к Караул-кошу. В марте 1933 года Е. Абалаков принял участие в первом в СССР зимнем восхождении на Эльбрус. Это восхождение входило в план тренировок перед штурмом высочайшей вершины Советско­го Союза — пика Коммунизма (7495 метров). В зимний поход на Эльбрус отправилось восемь альпинистов. Начальником отряда был А. Гермогенов.

Перевалив в тяжелых метеорологических условиях через Ме-стийский перевал и проведя четыре дня среди гостеприимных сванов, участники восхождения 22 марта пришли на Кругозор. На другой день они двинулись к вершине Эльбруса. Перед участника­ми похода открывалась чудесная панорама Главного Кавказского Хребта, простирающегося на сотни километров.

Путь был не очень трудным, и к вечеру группа подошла к хи­жине «Приюта одиннадцати», расположенного на высоте 4200 мет­ров. Впервые в зимнее время в хижине появились люди. После разведки, проведенной Евгением Абалаковым и Андреем Малейновым, группа решила штурмовать Эльбрус без лыж. Ночью отряд вышел на штурм. Кругом лежало ледяное без­молвие. Участники восхождения шли двумя связками. Первую вел А. Гермогенов, вторую — Е. Абалаков. Оба беспрерывно рубили во льду ступени.

На высоте 4800 метров в «Приюте Пастухова» восходители ос­тановились для отдыха. Многие из них так устали, что в изнеможении валились на снег и, положив под голову рюкзаки, безучаст­но смотрели в голубое небо. Не выдержав утомительного подъема, ушли вниз Лавров и Донской. Заболевший А. Гермогенов решил продолжать штурм.

Сгибаясь под напором шквального ветра, вперед пошли Е. Абалаков, Д. Гущин, А. Малейнов и В. Любский, связанные од­ной веревкой. Внезапно кто-то из них поскользнулся и вся связка полетела вниз. Пролетев по крутому склону метров 150, им удалось задержаться и они опять продолжали подъем к седловине Эльбру­са, откуда лежал прямой путь к его Восточной и Западной вер­шинам.

Начавшаяся метель еще больше усложнила подъем. С каждым шагом Гермогенову становилось все хуже. Вскоре он отстал. С помощью спустившихся к нему Абалакова и Любского он с тру­дом добрался до седловины. Здесь в небольшой палатке они прове­ли тревожную ночь. Было очень холодно — мороз доходил до 45 градусов. Под утро Гермогенов потерял сознание и не приходя в себя, скончался. Участники штурма решили спускаться, не дой­дя до вершины Эльбруса 250 метров.

Спуск тела Гермогенова взяли на себя Абалаков и Гущин. Они пошли наиболее коротким путем. Остальные возвращались преж­ним. Уже в темноте Абалаков и Гущин подошли к самому опасно­му участку спуска. Очень трудно было тащить тело Гермогенова, каждый неверный шаг грозил провалом в глубокие трещины. Они были связаны одной веревкой. Неожиданно случилось самое страш­ное: Абалаков провалился в трещину и потащил за собой тело Гермогенова. В последнюю минуту Гущину удалось схватить Аба­лакова за руку. Однако силы его были подорваны бессонными но­чами и недоеданием, Гущин медленно заскользил к провалу...

Друзья считали, что одному обязательно нужно остаться на­верху, иначе их никто не найдет. Быстро скользнула вниз перере­занная вереска, и Абалаков вместе с телом Гермогенова полетел в трещину. Во время падения ему удалось зацепиться за выступ и удержаться на нем. Так они и провели ночь: Гущин — на краю тре­щины, Абалаков с мертвым товарищем — на выступе внизу.

На рассвете Гущину с большим трудом удалось вытянуть Аба­лакова из трещины. Заметив место, они начали спуск к «Прию­ту одиннадцати». Через два часа после прихода в «Приют одиннадцати» Абала­ков с товарищами ушел за телом Алеши Гермогенова. Возврати­лись они лишь к ночи. 27 марта участники восхождения спустились к Кругозору.

Летом того же года Е. Абалаков вместе с группой альпинистов принимает участие в Таджикско-Памирской экспедиции Академии наук СССР, во время которой совершает восхождение на самую высокую точку нашей страны — пик Коммунизма. О том, как про­ходил этот поход, о трудностях, которые встречались на пути у исследователей Памира, о покорении высочайшего пика СССР рас­сказывают публикуемые ниже статьи Е. Абалакова, его путевой и штурмовой дневники.

* Жандарм – скальная башня.
* Траверс вершин хребта или стены – прохождение по гребню хребта или стены через все вершины и седловины.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут 30 проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, ночёвки в приютах.

Vfhihen 30

Поход по Крыму - 22 маршрут

Из Бахчисарая в Ялту - такой плотности туристических объектов, как в Бахчисарайском районе, нет нигде в мире! Вас ждут горы и море, редкие ландшафты и пещерные города, озера и водопады, тайны природы и загадки истории, открытия и дух приключений... Горный туризм здесь совсем не сложен, но любая тропа удивляет.

Из Бахчисарая в Ялту

В край гор и водопадов

Недельный тур, однодневные пешие походы и экскурсии в сочетании с ком фортом (трекинг) в горном курорте Хаджох (Адыгея, Краснодарский Край). Туристы проживают на турбазе и посещают многочисленные памятники природы. Водопады Руфабго, плато Лаго-Наки, ущелье Мешоко, Большую Азишскую пещеру, Каньон реки Белой, Гуамское ущелье.

В край гор и водопадов
Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!