Текст песни Беглянка и Танец Русалочки

Беглянка

Краткосрочно затишье у смуты,
Жизни час — тем цветам на столе;
Ежезимне — вздыхать по кому6то,
Ежевёсно — изменой болеть...
Впрочем, кто говорит про измену?
Неизменно творя произвол,
Я вдыхаю разреженный воздух — подменный! —
В нём дыхания нет твоего.

Одиночество не безысходно —
Ни печали, ни гнева, ни зла.
Только даже у самых свободных
В мире делится всё пополам!
Впрочем, верую — верят же дети —
В нахождение двух половин...
Вероятно, в каком6нибудь прошлом столетье
Задыхался и ты без любви.

Знаю, скоро ты сгинешь в пустыне,
Если так — я сильнее тебя.
За беспечную эту гордыню
Все задетые мною скорбят.
Впрочем, страшно ли быть неугодной?
Слишком поздно себе изменять.
Я дышу этим воздухом — резким, холодным, —
Значит, время не судит меня.

Тишина — только смуты изнанка,
Жизни час — тем цветам на столе.
Называют отныне беглянкой,
А беглянок не чтут на Земле...
Впрочем, кто говорит про измену?
Неизменно творя произвол,
Я вдыхаю разреженный воздух — подменный! —
В нём дыхания нет твоего.

Танец Русалочки

Шутит ветер надо мной.
Пустяковая отрада —
У меня в воде вино,
А тебе вина не надо...
Дотянулась, как звезда
До звезды, — такое дело:
Торопилась тут и там,
Да, как видно, не успела
Быть здесь...
А твой корабль отчалил.
Жить здесь...
Не поминай в печали!

Палит пушка на помост,
Где на цыпочках в тревоге
Я танцую, рыбий хвост
Променяв на эти ноги.
Если что — подумай сам:
Ну откуда будет сладким
Выражение лица,
Чтоб при этакой зарядке
Быть здесь...
А твой корабль отчалил.
Жить здесь...
Не поминай в печали!

Снова в зеркальце гляжу —
Отраженье раскололось.
Молча по ножу хожу,
А у ведьмы нежный голос.
Манит море; да на кой
Всё русалочее счастье?
Твой нетронутый покой
Разорвёт меня на части...
Быть здесь...
А твой корабль отчалил.
Жить здесь...
Не поминай в печали!

Ольга Афраймович

Ольга Афраймович:
— Родилась я 1 апреля 1970 г. в АлмаАте и после некоторых скитаний (мы часто переезжали из города в город) обнаружила себя живущей в Иркутске, что и наблюдаю по сей день. Мама моя — историк, надёжная хранительница домашнего тепла: до сих пор в нашем доме пишут друг другу записки, объясняются в любви, шутят и смеются до слёз. Папа — физик и лирик — учился в детстве в музыкальной школе, долгое время пытался примирить науку и альпинизм (до сих пор

мирит) и на всю жизнь сохранил страстную любовь к музыке, горам и авторской песне.

Мы и сейчас живём в десяти минутах ходьбы друг от друга, и работаю я лаборантом у папы — он профессор, доктор наук, занимается физикой ионосферы. Все папы-альпинисты (как и папы-туристы) считают необходимым вести своих детей в леса и горы. Так что водили меня и в горы над Алма-Атой, и в леса возле Иркутска. Недолго посопротивлявшись, я всё же обрела вкус к этому занятию. Несколько раз посчастливилось побывать на классических туристских маршрутах в Саянах.

Однажды попала на альпинистские сборы в тех же краях и оказалась на вершине Башня. Зашла-то я на неё сама, а вот спуск попутчики мои решили «ускорить» (инструктаж по применению ледоруба грозил затянуться до вечера): спускалась на «пятой точке» по снегу, зажатая между двумя парнями, чтобы не тормозила... Горы так и остались моей безответной любовью: ни туриста, ни альпиниста из меня не вышло. Плохому танцору — ой, туристу — всегда то рюкзак жмёт, то ботинки тяжеловаты... По всем городам папа возил с собой старые пластинки: Рахманинов, Берлиоз, Мендельсон, Григ, Вивальди, Бетховен...

Песня тоже вторглась в мою жизнь с самого начала, я росла в поющей семье. Эти предпосылки не помешали мне (из строптивости, скорее всего) бросить музыкальную школу. Затем не улыбнулись мне все виды спорта, радости школьной жизни, кружки и дворовые игры, высшая математика, программирование, немецкий язык и постоянная работа. Бросив все попытки стать «нормальным человеком», к 19 годам я неожиданно стала говорить сама с собой на языке песен — поговорить больше было не с кем.

Правда, слоняясь по матфаку иркутского университета (прогуливая лекцию за лекцией), я попала в студенческий театр эстрадных миниатюр — компанию таких же бездельников. Ни спектаклями, ни серьёзными репетициями мы не занимались: собирались, разыгрывали глупые этюды и экспромты, пили водку и играли в ассоциации... И первая моя песенка появилась именно тогда. К этому времени я уже воспитывалась, помимо классиков российского рока, классиками авторской песни: пела песни Ю.Кукина, Б.Окуджавы, Ю.Визбора, В.Долиной, В.Матвеевой, А.Якушевой, слушала (и по сей день слушаю) В.Ланцберга, Н.Матвееву, В.Высоцкого...

В 1990 г. познакомилась с иркутскими (тогда ещё) авторами С.Корычевым и Е.Логвиновой, моментально расширившими круг моих интересов в авторской песне. Е.Фролова, Д.Бикчентаев, Э.Галеева, Е.Болдырева и многие другие авторы пополнили список моих любимых. Из разного рода объединений для меня самым интересным сейчас является «АЗиЯ+» (Е.Фролова, А.Деревягин, Н.Якимов, Т.Алёшина, Е.Логвинова, В.Евушкина и др.), основной костяк которого базируется в Питере. В 1994 г. я с удивлением обнаружила, что в Иркутске тоже водятся авторы песен.

Первым был О.Медведев — его брат работает с моим отцом. Познакомились с А.Ощепковым, уже тогда полным созидательных планов. Состоялись первые концерты, на которых я услышала С.Выборова и Р.Баязитова. Потом присоединились Р.Бажин и Р.Стрельченко. Первые сборища (в детском клубе, где Ощепков дежурил по ночам), первая «концертная площадка» на Башне (бывшая водонапорная башня, переоборудованная в помещение для клубов, где собирались, в частности, и альпинисты; очень романтичное было место), первые фестивали... К 1997 г. наша творческая студия «Полнолуние» обрела вполне сложившееся (и нестандартное) лицо, обросла попутчиками и помощниками и надолго заполнила нашу жизнь до краёв — не только концертами и фестивалями...

На фестиваль авторской песни «Топос», где я стала лауреатом, попала почти случайно: поняла, что засиделась, что пора «двигаться дальше», нашла в Интернете на сайте bards.ru ближайший фестиваль. Им оказался «Топос», запланированный на начало декабря 2003 г. Жалеть о принятом наобум решении не пришлось, тем более что и город, в котором я никогда не бывала раньше, и фестиваль меня поразили своей неожиданной скромностью, несуетливостью, отсутствием чрезмерных амбиций, ненавязчивым теплом и простотой (или это «мой» Питер, а на самом деле он совсем другой?).

Как выразился один из конкурсантов: «Мы, авторы, друг другу конкуренции не составляем...» На сегодняшний день фестивали — почти единственный способ обретения новых слушателей, новых творческих связей. Ни Интернет, ни записи на дисках и кассетах не могут заменить живого впечатления. Так что спасибо организаторам «Топоса» за возможность знакомства с питерскими слушателями, с авторами из разных городов...

Статья опубликована в газете «Вольный ветер», на нашем сайте публикуется с разрешения редакции. Сайт газеты http://veter.turizm.ru/ 

Осенний тур в Адыгее

В край гор и водопадов - недельный тур, однодневные пешие прогулки и авто-пешеходные экскурсии в горном курорте Хаджох с проживанием на турбазе. Туристы живут в комфорте и посещают памятники природы: Водопады Руфабго, Аминовское ущелье, Лаго-Наки, ущелье Мешоко, Азишскую пещеру,  Дольмен, Гуамское ущелье.

Тур в Адыгее осенью

Из Бахчисарая в Ялту

Такой плотности туристских объектов, как в Бахчисарайском районе, нет нигде в мире! Горы и море, редкие ландшафты и пещерные города, озера и водопады, тайны природы и загадки истории. Открытия и дух приключений... Горный туризм здесь совсем не сложен, но любая тропа радует чистыми родниками и озерами.

Поход из Бахчисарая в Ялту

Маршруты: горы - море

Адыгея, Крым. Вас ждут горы, водопады, разнотравье альпийских лугов, целебный горный воздух, абсолютная тишина, снежники в середине лета, журчанье горных  ручьев и рек, потрясающие ландшафты, песни у костров, дух романтики и приключений, ветер свободы! А в конце маршрута ласковые волны Черного моря.

Маршруты: горы - море
Задайте вопрос...
Напишите Ваш вопрос. Наши специалисты обязательно Вам ответят!