ПРОШИЗДАТ ИЗДАТЕЛЬСТВО ВЦСПС 1947 ГОД
ПО КАВКАЗСКОМУ ЗАПОВЕДНИКУ
Ранним летним утром, когда столица еще окутана легкой голубой дымкой, с московского аэродрома поднимается рейсовый кавказский самолет. По пологой невидимой дорожке устремляется он в светлое утреннее небо. Медленно уходят вдаль и вниз дома и улицы Москвы. Самолет набирает нужную высоту и, подчиняясь воле пилота, ложится на курс к югу.
Пассажиры летят над лесами и полями великой русской равнины. К полудню леса становятся реже, и вскоре равнина переходит в беспредельные поля степной полосы Украины и Донбасса. Самолет проходит над Ростовом — отсюда начинаются кавказские земли. Далеко внизу лежит одна из самых плодородных областей Союза — Кубань — Краснодарский край. По берегам реки Кубани широко раскинулись золотистые поля пшеницы, ярко-желтые плантации подсолнечника, зеленые заросли кукурузы.
Самолет пересекает широкую Кубанскую долину. Поля постепенно сменяются темно-зелеными лесными массивами. На южном горизонте виднеются горные кряжи, прикрывающие с севера Главный Кавказский хребет. В котловинах и широких долинах предгорий раскинулись кубанские станицы. Справа синеет Черное море, слева среди ледников и снежных полей громоздятся пики западной части Главного Кавказского хребта.
В зеленой путанице гор пролегают глубокие извилистые впадины — ущелья рек Белой, Большой и Малой Лабы — левых притоков Кубани. Здесь, на северных и частично на южных склонах Кавказского хребта, на площади в 325 тысяч гектаров раскинулся Кавказский государственный заповедник.
Почти вся территория Заповедника представляет собой сплошной массив леса. Над темно-зеленым ковром пихтовых и буковых лесов по вершинам лесистых гор раскинулись высокотравные субальпийские и низкотравные альпийские луга. Выше лугов, по линии Главного Кавказского хребта, уходят в голубое небо острые скалистые пики главных горных вершин, превышающих 3 тысячи метров. Одетые в серебристую броню вечных снегов и ледников, видны во всем своем величии Чугуш, Джемарук, Тыбга, Псеашхо и многие другие, еще не имеющие названий вершины.
На западе, за пологими сланцевыми вершинами Абаго и Бзыч, виднеются обрывы Оштена и плато Лагонаки, а еще дальше, как стены древней крепости, встают крутые отвесы розоватых известняковых скал Фишта — самой западной ледниковой вершины Главного Кавказского хребта. Между этими горными великанами разбросаны зеленые лесистые горы, замкнутые котловины и уютные поляны, укрытые со всех сторон чащей девственного леса. Среди не тронутой рукой человека природы живут в Заповеднике представители различных видов диких животных, давно уже исчезнувших в других издавна заселенных людьми районах Кавказа. На зеленых лужайках, среди скал, пасутся стада туров и серн. Горные кавказские олени с ветвистыми рогами и нежные лани выходят на опушки лесов. В глухих лесных зарослях бродят кабаны и медведи, а по ночам эхо разносит по ущельям рев кавказского леопарда — барса, еще встречающегося в Заповеднике.
Пройдя над верховьем реки Белой, самолет направляется к аэродрому на Черноморском побережье. Кавказский заповедник — необычайная лесная страна в горах — остался позади. Но пассажиры самолета, бросив последний взгляд на зеленые лесные массивы и пересекающие их ленты рек, нескоро забудут этот сказочный край, и многие из них будут стремиться поскорее побывать в первозданных кавказских лесах.
История той части Кавказа, которая позднее стала Кавказским государственным заповедником, своеобразна. В далеком прошлом эта территория была густо заселена. Были здесь и селения, окруженные большими садами, и хорошие дороги к морю. Многолетняя кавказская война, закончившаяся лишь в 1864 году, опустошила некогда густо населенные земли предгорий.
Горные леса Западного Кавказа, примыкающие к Главному хребту, долго оставались неизведанными. Коренное население покинуло эти места, кубанские станичники имели достаточно леса и дичи вблизи своих станиц, а люди, приезжавшие на Кавказ из России, в большинстве своем не имели представления о дебрях черкесских лесов. В течение многих лет Кавказ ограничивался для них группой Минеральных Вод и веселым экзотическим Тифлисом. Даже переезд в карете по шоссе Военно-Грузинской дороги считался чуть ли не подвигом и уже во всяком случае серьезным путешествием, в котором путников подстерегали опасные неожиданности в виде грозной скалы «Пронеси, господи» и налетов легендарных абреков. Глубоко в горы проникали лишь немногие, и то главным образом «по долгу службы».
В непроходимых чащах лесов, покрывших глубокие ущелья левых притоков Кубани, бродили стада кавказских горных зубров, кабанов. На высокогорных лугах паслись олени, туры, серны. Редкие охотники—казаки из кубанских станиц — почти не тревожили зверя, забираться глубоко в горы было трудно и небезопасно.
Дикие звери нынешнего Заповедника так и дожили бы в покое до лучших времен, если бы не предприимчивость великих князей, прослышавших от вернувшихся с Кавказа офицеров об охотничьем Эльдорадо в горах Черкессии. Князья решили устроить в этих местах царскую охоту и получили в Удельном ведомстве угодья в верховьях рек Белой, Малой и Большой Лабы. Здесь была учреждена Кубанская охота. Управление Охоты наняло егерей, проложило охотничьи тропы, построило несколько охотничьих домиков и дворцов для высоких гостей. Затем началось массовое и беззастенчивое истребление зверей в их последнем прибежище, в горах Кавказа.
Княжеские охоты привлекали гостей из Петербурга и из-за границы. Каждый охотник стремился главным образом поразить своих коллег количеством охотничьих трофеев. В роскошном издании тех времен, озаглавленном «Кубанская Охота», мы можем увидеть фотографии таких охотников-«спортсменов», восседающих на груде убитых ими, а иногда и не ими, а егерями, оленей, туров, серн и зубров. Охота в княжеских Кавказских угодьях не требовала особого уменья, и охотники были полностью ограждены от всякой опасности. Егеря, получив авансом богатые чаевые, просто пригоняли зверей на заранее намеченную поляну, и охотник стрелял их на выбор из укрытия.
Совместное усердие хозяев Кубанской охоты и браконьеров из окрестных селений привело к тому, что к 1917 году древний насельник Западного Кавказа — горный зубр — стал редкостью. Многие ученые, встревоженные массовым истреблением ценных видов животных, не раз обращались к царскому правительству с просьбой рассмотреть вопрос об организации Кавказского зубрового заповедника. Однако все просьбы такого рода неизменно отклонялись. Архивы сохранили постановление Совета Министров от 1914 года по поводу ходатайства об учреждении заповедника на Кавказе. В постановлении отмечается, что «Охрана редких зоологических пород не отвечает понятию общеполезной государственной меры, ради осуществления которой можно поступиться неприкосновенным, вообще, правом частной собственности».
Когда к 1921 году закончилась гражданская война на Кавказе и молодая Советская республика приступила к мирному строительству, бывшая царская Кубанская охота была объявлена абсолютным заповедником. В 1924 году Советом Народных Комиссаров РСФСР был издан специальный декрет о Заповеднике, признававший за ним общереспубликанское значение, и были отпущены средства на содержание штата для охраны животных. С этого времени начинается официальная жизнь одного из крупнейших научных учреждений нашей страны — Кавказского государственного заповедника.
К началу Великой Отечественной войны Кавказский заповедник занял одно из первых мест среди заповедников Советского Союза. Была географически обследована обширная территория и установлены границы Заповедника. Экспедиции, работавшие в различных районах Заповедника, провели большую работу по изучению растительности и животного мира этой части Кавказа. Было установлено, что поголовье некоторых видов ценных животных — тура, серны, кавказского благородного оленя, косули, кабана за несколько лет существования Заповедника значительно возросло. Однако специальные экспедиции, посланные в глухие уголки горных лесов на поиски сохранившихся экземпляров кавказского зубра, вернулись ни с чем. Они установили, что этот редкий и ценный вид кавказского животного более не существует: последний зубр погиб от руки браконьера в самом начале существования Заповедника.
Управление Заповедника принялось за восстановительную работу. В 1940 году был организован Зубровый парк, в который были доставлены зубробизоны из Аскании-Нова и равнинные зубры из Беловежской пущи. Путем длительного скрещивания животных, имеющих кровь кавказского зубра, управление Заповедника рассчитывало восстановить почти в чистом виде исчезнувшую породу горного кавказского зубра»
Кавказский заповедник до Великой Отечественной войны приобрел большую популярность среди советских туристов, стремившихся провести свои отпуска в путешествии по лесам и горам Западного Кавказа. Для обслуживания туристских групп управление Заповедника построило горные приюты и базы, установило маршруты по интереснейшим местам района, выделило опытных проводников, без которых путешествие по лесным дебрям и запутанным хребтам Заповедника было бы рискованным. Туристы, помогавшие научным работникам Заповедника в наблюдениях за животными во время своих походов, были здесь всегда желанными гостями.
Вторжение немецких захватчиков в пределы нашей Родины затронуло непосредственно и Кавказский заповедник. Проникнув летом 1942 года в горы Кавказа, фашистские полчища прорвались на территорию Заповедника. К осени фронт на Западном Кавказе прошел через Западный, Северный и Восточный отделы Заповедника. На востоке вторгшиеся в Заповедник со стороны Карачая немцы были остановлены в районе Карапыря и перевала Умпырь. Единственным населенным пунктом на северном склоне Главного хребта, свободным от фашистских, захватчиков, остался Гузерипль — «столица» Заповедника. На западе, в районе Фишта и пастбища Лагонаки, немцы стремились пробиться через Белореченский перевал на Сочи, в обход Туапсинской группировки наших войск. Отборные части горных фашистских войск были здесь остановлены и отброшены назад. После разгрома немцев под Сталинградом они покатились и с Кавказа на запад, к границам СССР, и далее, до Берлина.
Фашистское вторжение причинило Заповеднику серьезный ущерб. Немцы сожгли многие хозяйственные постройки, уничтожили рабочий скот истребили большое количество диких животных. Многие из наблюдателей и научных работников Заповедника находились во время войны в рядах Красной Армии. Надзор за режимом Заповедника ослаб, прекратился регулярный отстрел волков. Четвероногие хищники, расплодившиеся за годы войны, значительно опустошили фауну Заповедника.
После изгнания гитлеровцев с Кавказа в Заповеднике немедленно была начата работа по восстановлению разрушенного хозяйства. Энергичные меры, принятые в борьбе против волков, скоро сказались. Учет поголовья животных, проводившийся в 1943 и 1944. годах, показал значительный прирост за год. К 1945 году количество животных еще более возросло. Работники Заповедника восстановили уничтоженные фашистами солонцы, заложили новые. Был создан запас сена для зимней подкормки животных. Во все концы Заповедника направились научные экспедиции для наблюдения за животными и их подсчета.
Путешествие по Кавказскому заповеднику начинается со станции Хаджох (куда мы попадаем через Майкоп), из станицы Каменномостской, приютившейся у подножья предгорий, среди зеленых холмов, одетых молодым кудрявым лесом.
Сразу же за околицей станицы, обогнув нависший над домами утес, дорога сворачивает в узкое Каменномостское ущелье, и вот вас уже окружает дикая природа кавказских гор и тишина, нарушаемая лишь мерным шумом реки Белой. Дорога идет по карнизу над самой рекой, клокочущей среди сглаженных водой гранитных стен.
В тихих заводях и каменных котлах река течет тугим медленным потоком блестящего голубого стекла; в ее спокойную гладь смотрятся прибрежные клены, березы и дубы.
Ущелье расширяется и переходит в широкую долину у станицы Даховской. Здесь дорога идет среди приволья полей и лугов. Амфитеатром поднимаются на юге далекие горы. За станицей долина суживается и превращается в лесистое Даховское ущелье. Чем дальше в горы, тем более беспокойной становится Белая. Покрытая белой пеной, она оправдывает свое название. С глухим ревом катит река камни, тяжело ворочает бревна сплавного леса на перекатах. Все круче и выше уходят вверх склоны гор, все чаще отвесные скалы перемежаются с одевающей горы зеленой порослью. В некоторых местах склоны ущелья сложены из красного песчаника, и всюду — на склонах, на полотне лесной дороги, в осыпях, спускающихся к воде, — преобладает красный цвет, живописно контрастирующий с зеленью леса и голубыми струями реки.
Переночевав в селении Хамышки, туристы на второй день пути вступают в пределы Заповедника. Часто встречаются перекинутые через Белую висячие пешеходные мостики. Дорога, местами укрепленная накатами из бревен, взбирается на склоны горы Веселой. Отсюда открывается действительно веселый вид на ущелье реки Киши и могучие хребты Северного отдела Заповедника.
Дорога сворачивает в лес, обходя глубокую балку. На дно балки от дороги ведет маленькая тропинка. Она кончается у холмика, насыпанного из обломков скал. На его вершине укреплена доска с надписью: «Красный партизан Андреев. Погиб в борьбе против немецких оккупантов». Это могила партизана Андреева, погибшего в те дни, когда гитлеровцы из Хамышков пытались прорваться к Гузериплю. Находясь в разведке, Андреев принял бой с отрядом из шести немецких автоматчиков. Пятерых ему удалось застрелить, но шестой, притаившись за камнем, убил партизана, когда он вышел на дорогу, чтобы подобрать немецкие автоматы. Теперь в память о партизане местные жители называют балку Андреевой.
